.
ttt

Приветствую Вас Гость
Главная
Регистрация
Вход
SitemapSitemap Forum

Последние добавленные файлы Последние темы форума Последние темы форума
  • BSCOM [10.04.2016]
  • ТТК Иркутск [10.04.2016]

  • Страница 1 из 512345»
    Форум satwarez » SAT и IPTV. Playlist IPTV, Спики каналов IPTV » Новости СМИ » Великие военачальники полководцы в истории (творили не только военную историю человеческой цивилизации)
    Великие военачальники полководцы в истории
    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:54:32 | Сообщение # 1
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума


    «100 великих военачальников» — За критерий оценки величия каждой полководческой личности он взял, прежде всего, одержанные победы и насколько эти победы определили исход тех или иных войн. Наполеон и Жуков, Цезарь и Суворов, Ганнибал и Тимур, Аврелиан и Вашингтон жили в совершенно разные эпохи и в разных условиях, но их личный вклад в военное искусство несомненен.
    Выдающиеся военачальники XX века. ... В Древней Греции и особенно Риме, а также в период новой и новейшей истории России творили не только военную историю человеческой цивилизации, но и определяли её лицо.


    Великие военачальники полководцы в истории

    Антигон происходил из знатного аристократического рода Македонии и, по сложившейся тогда традиции, рано освоил военное дело, получив хорошее домашнее образование. Являясь одним из ближайших сподвижников великого завоевателя Александра Македонского, он участвовал в его походах на Восток и победоносной войне против Персии.

    За военные заслуги царь Македонии назначил своего приверженца наместником Фригии.

    Эта богатая и густонаселенная область и досталась Антигону при разделе огромной империи после неожиданной смерти Александра Великого в 323 году до н.э. Наследниками его завоеваний стали его ближние военачальники — диадохи (то есть последователи). К их числу, кроме Антигона, относились Пердикка, Антипатр, Эвмен, Птолемей, Лисимах, Селевк, Кратер (зять Антипатра), Полисперхон, Кассандр (сын Антипатра) и Деметрий (сын Антигона). Последний в армии Александра Великого командовал кавалерийским отрядом «товарищей».

    Будучи не только опытным предводителем войск, но и искусным коварным дипломатом, Циклоп при разделе завоеванных земель сумел добиться присоединения к своей провинции Фригии еще и Ликии и Памфилии. Теперь его личные владения стали заметно превосходить владения других сподвижников Александра, что вызвало их недовольство. Однако войны за передел империи их господина начались не сразу — для этого требовался серьезный повод. Его и подал в скором будущем обладатель Фригии, претендовавший на роль первого диадоха в азиатских провинциях бывшей империи Александра Великого.

    Бывшие его соратники обвинили Антигона в том, что он не исполнил приказание Пердикки, старшего из них — верховного стратега Азии, оказать помощь Эвмену при покорении Каппадокии, которая досталась ему в наследство при разделе империи Александра. Запахло большой войной, а у фригийского правителя просто не было столько войск, чтобы противостоять сразу нескольким бывшим александровским полководцам. Тогда он затеял сложную дипломатическую игру, которой предстояло перерасти в войну.

    Антигон, прихватив с собой казну и верных людей, бежал от гнева стратега Пердикки в европейскую часть Греции к верховному стратегу Европы Антипатру (он был фактическим правителем Македонии, Фракии и Эллады) и Кратеру в надежде сделать их своими союзниками. Циклоп доверительно сообщил им о стремлении Пердикки к единодержавию в бывшей империи.

    Дипломатические усилия беглеца из Фригии увенчались полным успехом — была образована мощная коалиция греческих монархов против властного Пердикки, к которой вскоре присоединился и Птолемей, наместник Египта. Присоединение последнего было особенно важно — Египет располагал мощным военным флотом и большими людскими ресурсами.

    Так Антигон Одноглазый оказался предводителем военных сил созданной им коалиции четырех соратников царя Александра Македонского. Наняв за деньги еще немало греческих воинов и получив от союзников многочисленный флот, фригийский правитель без промедления начал военные действия против ненавистного ему Пердикки.

    Армия Антигона, переправившись через Эгейское море, высадилась в Малой Азии и сразу же пошла в наступление. Пердикка, не ожидавший такого скорого начала войны, направил против Антигона наемное греческое войско во главе с опытным полководцем Эвменом. Боевые действия в Малой Азии вылились в маневры, многочисленные схватки и тактические усилия противников, но так и не привели к большому, генеральному сражению. Все же более решительный Антигон превзошел Эвмена в искусстве ведения войны в горных условиях и заставил вражескую армию отступить в глубь страны.

    Смерть Пердикки, сосредоточившего в своих руках значительные территории, не прекратила войны в Малой Азии. Эвмен, имея под своим командованием сильную армию, даже и не думал складывать оружия перед союзной армией Антигона. Тем временем союзники разделили владения умершего Пердикки между собой, и Антигон вновь стал правителем прежних владений, сохранив командование над войсками.

    Война продолжалась. Антигону сопутствовала удача — он стал теснить Эвмена, войска которого сдавали город за городом. Наконец дело дошло и до большого сражения. Оно состоялось в 320 году до н.э. при Оркинии, где два греческих полководца попытались применить друг против друга излюбленную тактику Александра Македонского. Все же искуснее оказался Антигон, одержавший победу на поле брани. И хотя до полного разгрома вражеской армии и ее капитуляции было еще далеко, Антигон понял, что имеет хорошие шансы стать полновластным правителем всех азиатских владений бывшей империи.

    В следующем 319 году до н.э. Антигон одерживает над Эвменом еще одну победу — в битве при Кретополе. Затем военные действия на какое-то время прекратились — стороны собирались с новыми силами.

    Узнав о смерти своего союзника Антипатра, Антигон более решительно повел борьбу за господство в Азии. Война с неуступчивым Эвменом возобновилась. К тому времени Эвмен получил от наместника македонского престола Полисперхона законное право управлять всей Азией.

    Война в Малой Азии продолжалась еще несколько лет, и удача по-прежнему сопутствовала Антигону.

    В 316 году до н.э. на берегах реки Копрат состоялось одно из самых больших сражений этой войны. Антигон Одноглазый и его непримиримый противник Эвмен имели приблизительно равные силы — по 30 тысяч человек. Эвмен напал на македонян, которые переправлялись через Копрат, и разгромил их. Однако Антигон, проявив немалое искусство, сумел организованно отступить, сохранив свои основные силы.

    Подобная ситуация произошла во время сражения в Паретакенских горах. Противники вновь имели примерно равные армии — по тридцать тысяч воинов. Эвмен со своим азиатским войском решительно атаковал походный лагерь Антигона, но застать его врасплох не сумел. Войско Циклопа, состоявшее в своем большинстве из македонян и греков, не дрогнуло даже в самом начале ожесточенной схватки. Хотя Эвмен и одержал победу, Антигону, благодаря искусному маневрированию, удалось отвести свое войско с места битвы без серьезных потерь.

    Решающее сражение между Антигоном Одноглазым и Эвменом состоялось при Персеполе. Антигон имел тогда под своим командованием 31 тысячу преимущественно македонских воинов с 65 боевыми слонами. Азиатское войско Эвмена состояло из 42 тысяч воинов со 114 боевыми слонами.

    После первого столкновения пехота Антигона была сломлена. Остановить шествие боевых слонов, со спин которых азиатские воины метали дротики и вели прицельную стрельбу из луков, оказалось македонским пехотинцам не под силу. Их фаланга стала пятиться назад. Однако Антигон, внимательно следивший за ходом сражения, сумел углядеть слабое место в построении вражеского войска. Его конница быстро зашла в тыл азиатам, захватила походный лагерь неприятеля и после этого сильным ударом отбросила и разрушила фалангу пехоты Эвмена. Сам Эвмен попал в плен и по приказу Антигона Одноглазого был казнен. Теперь фригийскому правителю казалось, что путь к единодержавному правлению в азиатских провинциях открыт.

    Вскоре Антигон устранил наместника Мидии Пифона и наместника Персии Певкеста, завладел Вавилонией, правитель которой, Селевк, бежал в Египет к Птолемею, захватил в Киликии государственную казну и практически стал властелином всей Азии, то есть той ее части, которая была завоевана Александром Великим.

    Опасаясь могущества угрожающего Циклопа, четыре могущественнейших наместника: Египта — Птолемей (подстрекаемый беглецом Селевком), Македонии — Кассандр, Фракии — Лисимах и Карии — Асандр, заключили против него военный союз. Так против Антигона образовалась сильная военная коалиция, обладавшая многочисленными сухопутными войсками и сильным флотом.

    Так как Антигон на полюбовный раздел империи, созданной Александром Великим, и захваченной им царской казны не соглашался, то союзники в 315 году до н.э. объявили ему войну. Сначала военный успех сопутствовал Антигону Одноглазому. Он покорил все финикийское побережье, после долгой осады взял город-крепость Тир. Во всех завоеванных им гаванях он приказал строить военные корабли и теперь в союзе с греками острова Родос мог не опасаться многочисленного египетского флота.

    Против союза четырех правителей Антигон вел и искусную дипломатическую войну, подкрепленную деньгами из захваченной им царской казны. Он привлек на свою сторону Полисперхона и его сына Александра. Те спровоцировали в самой Элладе междоусобную войну, в ходе которой Македония начала утрачивать свои территории, и ее правителю Кассандру теперь приходилось думать не о войне в Азии, а о защите собственных владений. Но в итоге сторонники Антигона в 313 году до н.э. заняли Карию.

    В следующем 312 году до н.э. Антигона постиг тяжелый удар: Птолемей и Селевк во главе большого войска вторглись из Египта в Сирию и разбили в сражении при Газе войско его сына Деметрия Полиоркета. После этого последовало еще несколько поражений, и в итоге Антигон потерял все Финикийское побережье и Сирию, а его непримиримый противник Селевк вновь завоевал Вавилонию.

    В 311 году до н.э. диадохи Александра Македонского заключили мир, и каждый остался при своих первоначальных владениях. Греческим государствам в Элладе была предоставлена автономия. Поскольку при разделе Селевк оказался обойденным, то мир получился недолгим. Уже в том же году междоусобная война возобновилась — Птолемей занял Киликию и часть островов Эгейского моря.

    Тогда Антигон сделал ответный ход: он послал сына Деметрия в Элладу, и тот привлек на сторону отца города-государства Афины и Мегары, которые провозгласили независимость от Македонии. Более того, Антигон и Деметрий Полиоркет были провозглашены афинянами «богами-спасителями», их позолоченные статуи горожане решили воздвигнуть рядом со статуями тиранов Афин.

    После этого успеха Антигон поручает сыну завоевание Кипра и тот разбивает египетское войско Птолемея, осаждает Саламин и одерживает убедительную победу над многочисленным птолемеевским флотом в морском сражении. В 306 году до н.э. Антигон и Деметрий провозгласили себя царями, их примеру последовали и остальные диадохи. Но попытка Антигона завоевать Египет оказалась тщетной, а остров Родос предпочел нейтралитет в этой войне.

    Тогда Антигон послал своего сына в Элладу, и Деметрий заключил военный союз с этолийцами и беотийцами. Вскоре он провозгласил полную свободу Греции от Македонии по эту сторону Фермопил. То же самое произошло в 303 году до н.э. в Пелопоннесе.

    Теперь правителю Македонии Кассандру грозила смертельная опасность. В борьбе против него на конгрессе в Коринфе объединились все эллинские государства, избравшие себе гегемоном Деметрия Полиоркета, который опирался на военную мощь своего отца.

    Опасность, грозившая правителю Македонии, заставила великих диадохов, ставших царями — Птолемея, Селевка, Лисимаха и Кассандра создать новую антигоновскую военную коалицию. Между прямыми наследниками Александра Великого вновь разгорелась кровопролитная и непримиримая война. В 301 году до н.э. при Ипси во Фригии произошло последнее для Антигона Одноглазого сражение. Тогда 30-тысячной армии Антигона противостояла 32-тысячная армия Селевка. На этот раз счастье изменило Антигону — он пал на поле битвы, а македонцы были разгромлены сирийцами.

    Сыну Антигона Деметрию Полиоркету удалось спастись с остатками армии, но дальше продолжать вооруженную борьбу против сирийского правителя Селевка он уже не мог. После проигранного сражения у него осталось из разбитых македонских войск только 8 тысяч воинов, а на помощь из Греции рассчитывать больше не приходилось, поскольку наемники стоили дорого, а отцовская казна оказалась пустой.

    Антигон был одним из выдающихся полководцев Александра Македонского. Его политика была направлена на то, чтобы сохранить единое государство великого завоевателя и завоевать верховенство над всеми остальными властителями-диадохами. Но эта борьба закончилась для Антигона гибелью на поле брани.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:55:10 | Сообщение # 2
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума



    Луций Корнелий Сулла родился в обедневшей семье римского патриция, принадлежавшей к знатному аристократическому роду Корнелиев. Получил хорошее домашнее образование, избрав для себя военную карьеру. Именно на этом поприще честолюбивый Сулла мечтал выдвинуться в Древнем Риме, в чем он себя и превзошел, став его полновластным диктатором.

    Как военачальник Сулла прославился в ходе Югуртинской войны 111–105 годов до н.э. Тогда Рим вел борьбу против Югурты, племянника умершего нумидийского царя Миципса, который в борьбе за трон убил двух его сыновей-наследников. Югурта стал правителем Нумидии вопреки решению римского сената. К тому же его воины при захвате в 113 году до н.э. города Цирта перебили там все население, среди которого оказалось много римских граждан.

    Югуртинская война для Рима началась неудачно — царь Югурта нанес позорное поражение римской армии под командованием Авла Постумия. В Нумидию был послан новый полководец — Квинт Цецилий Метелл, но война затягивалась, поскольку нумидийцы перешли к партизанской войне. Римский сенат назначил нового командующего армией — Гая Мария. Он, выходец из незнатной семьи провинции Лация, был избран в 107 году до н.э. консулом.

    Однако и Гаю Марию не удалось одержать быструю победу. Только через два года, в 105-м, он смог вытеснить Югурту с его воинами во владения его тестя, царя Мавритании Бокха. Здесь и отличился римский военачальник — квестор Луций Корнелий Сулла. Он сумел побудить мавританского царя выдать ему своего зятя — нумидийского полководца Югурту.

    Это сильно ударило по самолюбию Гая Мария, поскольку победа в Югуртинской войне стала приписываться Сулле. Тому пришлось пойти на сближение с врагами Мария, возглавляемыми родом Метеллов. И все же поступок Луция Корнелия Суллы не смог серьезно поколебать авторитет Гая Мария — по возвращении в Рим в январе 104 года до н.э. ему был устроен триумфальный прием. Плененного царя Югурту провели по улицам Вечного города, после чего его задушили в тюрьме. Часть Нумидии стала римской провинцией. И все же Сулла оказался одним из главных героев той победоносной войны.

    В 104–102 годах до н.э. Луций Корнелий Сулла участвовал в войне с германскими племенами — тевтонов и кимвров, появившимися еще в 113 году до н.э. на северо-востоке Италии. После поражения римской армии в битве с германцами при Арауозине ее новым главнокомандующим сенат назначил Гая Мария. В 102 году до н.э. в битве при Аквах Секстиевых он разбил сперва войско тевтонов, а на следующий год при Верцеллах — кимвров. Остатки этих племен германцев были проданы в рабство. Война против тевтонов и кимвров добавила Сулле воинской славы. Он стал популярным военачальником среди римских легионеров.

    В 90-х годах до н.э. на восточной границе Древнего Рима в Малой Азии усиливается Понтийское царство. Его правитель Митридат VI Евпатор открыто бросает вызов могущественному Риму. Римский сенат решает послать в Грецию войска под командованием Луция Корнелия Суллы, который был выборным консулом 88 года до н.э.

    В это время на политической сцене вновь появляется Гай Марий, который желает возглавить восточный поход. Он начинает бороться за должность главного полководца Рима с помощью народного трибуна Сульпиция Руфа, который вносит на рассмотрение сената ряд соответствующих законопроектов. Опираясь на ветеранов легионов Мария и часть римской аристократии, Сульпиций добивается принятия предложенных им законов.

    После этих событий в Вечном городе консул Сулла бежал к стоявшей возле города Нолы римской армии, отправлявшейся в поход против понтийского царя Митридата, и поднял легионы против Рима. Впервые римская армия выступила против собственной столицы. Город был взят легионерами, Сульпиций убит, а Гай Марий со своими ближайшими сторонниками, объявленными вне закона, бежал из Италии.

    Луций Корнелий Сулла оказался победителем: он отменил законы Сульпиция и во главе римской армии поспешил на Восток. В 87 году до н.э. в Риме состоялись очередные ежегодные выборы консулов. Консулами стали приверженец Суллы Октавий и его противник Цинна.

    Пока Сулла воевал на Востоке, власть в Риме захватили его враги Гай Марий и Цинна, которые в 86 году до н.э. были избраны консулами. Когда беглецы-марианцы возвратились в Рим, они устроили там страшную резню своих противников. Особенно свирепствовал отряд рабов, нанятый Марием, и Цинна был вынужден приказать перебить весь этот отряд рабов.

    Полководец Луций Корнелий Сулла успешно воевал во время Первой Митридатовой войны. В середине 87 года до н.э. он высадился в Греции и осадил Афины, вставшие на сторону понтийского царя. К весне 86 года до н.э. город был взят и отдан на разграбление легионерам. Однако Сулла приказал прекратить разграбление Афин, сказав, что «милует живых ради мертвых». Опустошив сокровищницы греческих храмов, полководец Рима заявил, что храмы не должны ни в чем нуждаться, так как боги наполняют их казну.

    Когда армия понтийского царя Митридата Евпатора вступила на территорию Греции, римская армия под командованием Луция Корнелия Суллы разбила ее в двух больших сражениях — при Херонее и Орхомене. Римляне вновь полностью овладели Грецией, попытавшейся освободиться от их владычества, и в августе 85 года до н.э. царь Понта подписал с Римом мир, признав свое поражение.

    После победы в войне на Востоке Луций Корнелий Сулла начал готовиться к борьбе за власть в самом Вечном городе. Первым делом он привлек на свою сторону армию демократов-марианцев, оказавшуюся в Греции, в Пергаме. Это удалось сделать без боя, и командовавший войсками Мария в Греции квестор Гай Флавий Фимбрий покончил жизнь самоубийством. После этого Сулла решился начать гражданскую войну в Риме.

    Весной 83 года до н.э. Сулла во главе 40-тысячной армии, состоявшей из преданных ему легионеров, высадился в Брундизиуме. Гай Марий мобилизовал более 100 тысяч своих сторонников прежде всего из числа римского плебса, на сторону марианцев встали самниты — жители области Самний. В Вечном городе марианцы начали формировать новые легионы.

    Однако и у Луция Корнелия Суллы в Италии оказалось немало сторонников из числа противников Гая Мария, особенно среди аристократов и военных. На его сторону встали римские войска, которыми командовали Метелл Пий и Гней Помпей. Из Северной Африки прибыл многотысячный отряд во главе с Марком Лицинием Крассом. В отличие от новых легионов марианцев, это были хорошо обученные и дисциплинированные войска, имевшие большой военный опыт.

    В 83 году до н.э. у горы Тифата близ города Капуи произошло крупное сражение между войсками Суллы и марианцами. Легионы сулланцев разгромили армию консула Кая Норбана. Марианцы были вынуждены укрыться от победителей за крепостными стенами Капуи. Преследователи не решились штурмовать город во избежание больших потерь.

    В следующем 82-м году до н.э. во главе войск марианцев встали опытные полководцы — сын Гая Мария Марий Младший и вновь Кай Норбан. В сражениях между сулланцами и марианцами победы одержали первые, поскольку боевая выучка и дисциплинированность легионов Суллы была на голову выше их противников.

    Одна из битв состоялась у Фавенции. Здесь сразились консульская армия под командованием Норбана и армия Суллы, которой в день битвы командовал Метелл Пий. Римский консул Кай Норбан самонадеянно атаковал противника первым, но армия марианцев, измотанная длительным маршем и не успевшая перед сражением отдохнуть, была полностью разгромлена легионами сулланцев. После бегства от Фавенции под командованием консула Норбана осталась лишь 1 тысяча человек.

    С другим римским консулом — Сципионом и его войсками мудрый Сулла поступил совсем иначе. Он нашел ключ к Сципиону и большими посулами склонил его на свою сторону.

    Другое сражение состоялось вблизи Сакрипонта. Здесь легионам под командованием самого Луция Корнелия Суллы противостояла 40-тысячная армия Мария Младшего. Битва была недолгой. Легионеры-ветераны Суллы сломили сопротивление плохо обученных новобранцев Гая Мария и обратили их в бегство. Больше половины из них были убиты или попали в плен к сулланцам.

    Еще одним из итогов победного для Суллы сражения при Сакрипонте стало бегство марианского полководца Кая Норбана в Северную Африку. Марий Младший с остатками своих легионов укрылся за стенами города Пренесте. Вскоре эта крепость была взята сулланцами приступом, и Марий Младший, чтобы избежать позорного и гибельного плена, покончил с собой.

    Значительные силы марианцев и самнитов, избежавших гибели в сражениях при Сакрипонте и Фавенции, отошли к Риму, где вновь изготовились к битве с сулланцами.

    1 ноября 82 года до н.э. у римских Коллинских ворот произошло последнее крупное сражение гражданской войны на итальянской земле. Марианцами и самнитами командовал Понтий Целезин, который отважился не пустить армию Суллы в Рим. Битва продолжалась всю ночь. Все же опытность, боевая выучка и дисциплинированность легионов взяли верх. В конце концов марианцы обратились в бегство; 4 тысячи из них попали в плен.

    Войдя в Рим, Луций Корнелий Сулла поступил точно так же, как это сделал в подобном случае его противник Гай Марий. По всему городу началось избиение и ограбление марианцев.

    После этих кровавых событий, которые стоили жизни многим тысячам людей — воинов и мирных граждан, Луций Корнелий Сулла получил от запуганного им римского сената диктаторские полномочия. В отличие от обычной диктатуры они не были ограничены сроком и зависели от личной воли Суллы. Это давало ему практически бесконтрольную власть в государстве с республиканской системой правления. Наряду с диктатором продолжали существовать сенат, городские магистраты и другие органы управления, но теперь они находились под контролем Суллы и его приверженцев.

    Диктатура Луция Корнелия Суллы была первым шагом к установлению в Древнем Риме императорской власти. Она началась с массового уничтожения его политических противников. В ходе гражданской войны в ряде итальянских городов, таких как Пренесте, Эзерния, Норба и ряда других, сулланцы уничтожили все мужское население. По всей Италии действовали карательные отряды легионеров, разыскивавших и уничтожавших явных и тайных врагов диктатора. Некоторые итальянские города за поддержку Гая Мария лишились своих земельных владений. У других были срыты крепостные стены, и теперь они в случае возобновления гражданской войны становились беззащитными. Особенно жестоко был наказан город Сомний, воины которого до последнего бились с легионами сулланцев.

    Было сломлено сопротивление марианцев в Сицилии, Северной Африке и Испании. Особенно в этом отличился полководец Гней Помпей, которого Сулла удостоил прозвища Великий.

    Став диктатором, Луций Корнелий Сулла опубликовал списки людей, подлежащих уничтожению — проскрипции. Число этих римских граждан достигло 5 тысяч человек. Дети жертв Суллы лишались римского гражданства. Любая помощь людям, попавшим в проскрипции, каралась смертью. За донос на своих проскрибированных хозяев рабы получали свободу, а свободные граждане — большую денежную награду.

    Опытный в вопросах государственной внутренней политики, Сулла с первых лет своей диктатуры начал заботиться о том, чтобы иметь как можно больше своих приверженцев. Свыше 120 тысяч ветеранов сулланской армии, сражавшихся под его командованием против понтийского царя и в гражданской войне, получили большие земельные участки в Италии и стали владельцами поместий, в которых использовался труд рабов. С этой целью диктатор проводил массовые конфискации земель.

    Командирам своих легионов Луций Корнелий Сулла раздавал денежные суммы, магистратуры и должности в сенате. Многие из них за короткий срок стали богачами. Огромное состояние нажил и римский диктатор. Десять тысяч рабов, принадлежавших жертвам сулланских репрессий, были отпущены на волю и стали называться «корнелиями» в честь своего освободителя. Эти вольноотпущенники тоже стали сторонниками Суллы.

    Диктатор провел ряд реформ с целью реставрирования республиканского строя. Существенно увеличилась власть сената, который пополнился 300 новыми членами из числа сулланцев. Была отменена цензура. Ограничивались полномочия консулов и права народных трибунов, которые теперь не могли проводить законы без санкции сената. Судебные комиссии были отданы сенату. Италия была разделена на муниципальные территории. Муниципальные права получили ряд городов.

    Укрепив власть римского сената и своих сторонников в нем, Луций Корнелий Сулла решил провести свободные выборы и в 79 году до н.э. добровольно сложил с себя диктаторские полномочия. При этом он до последних дней сохранял огромное влияние на политическую жизнь Рима. Отказ Суллы от диктаторской власти был неожиданным для его современников и непонятен античным и более поздним историкам.

    Деятельность его носила противоречивый характер: с одной стороны, он стремился реставрировать республиканское правление, с другой — расчищал путь для императорского правления. Гражданская война Суллы и Гая Мария была лишь прологом для будущих гражданских войн в Древнем Риме, которые серьезно подточили его силы.

    Характеризуя Луция Корнелия Суллу, римские историки отмечают в его личности ряд противоречий. Сулла пользовался необычайным авторитетом среди легионеров, но сам был человеком эгоистичным и холодным. Стремление реставрировать республику сочеталось у него с пренебрежением к римским обычаям. В греческих городах, например, он появлялся в греческом платье, чего обычно не делали римские магистраты. Жадный до денег, считавший все конфискованное имущество осужденных своей собственностью, диктатор был в то же время человеком расточительным.
    Среди римских правителей Луций Корнелий Сулла отличался образованностью, хорошо знал греческую литературу и философию. Он был эпикурейцем и скептиком и относился иронически к религии. Но в то же время был убежденным фаталистом, верил во всякие сновидения и знамения, в свою судьбу и к своему имени присоединил прозвище Счастливый. Своей покровительницей он считал богиню Венеру. Кроме того, под именем старой римской богини Беллоны он почитал каппадокийскую
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:55:42 | Сообщение # 3
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума



    Спартак родился во Фракии (современной Болгарии). О его жизни античные авторы сообщают противоречивые сведения. Согласно одним источникам, он был военнопленным, попал в рабство и был определен в школу гладиаторов в Капуе. По другой версии, фракиец служил наемником в римской армии, затем бежал и, попав в плен, был отдан в гладиаторы. Спартак отличался физической силой, ловкостью и смелостью, искусно владел оружием. За свои способности получил свободу и стал учителем фехтования в гладиаторской школе. Спартак пользовался огромным авторитетом среди гладиаторов капуйской школы Лентула Батиака, а затем и среди восставших рабов Древнего Рима.

    О физической силе Спартака и его умственных дарованиях Плутарх говорил, что «он более походил на образованного эллина, чем на варвара». «Сам великий своими силами и тела и души» — так отзывается о вожде восставших рабов другой древнеримский писатель Саллюстий.

    Величайшее в Древнем мире восстание рабов имело под собой самую благоприятную почву. Войны наводнили Италию рабами различных этнических групп: галлы, германцы, фракийцы, эллинизированные жители Азии и Сирии… Главная масса рабов была занята в сельском хозяйстве и находилась в крайне тяжелых условиях. Жизнь римских рабов из-за их жестокой эксплуатации была крайне непродолжительной. Однако это особо не тревожило рабовладельцев, поскольку победоносные походы римской армии обеспечивали бесперебойные поставки дешевых рабов на невольничьи рынки.

    Из городских рабов на особом положении находились гладиаторы. Без гладиаторских представлений в Древнем Риме той эпохи не обходилось ни одно празднество. Хорошо обученных и тренированных гладиаторов выпускали на арену, чтобы они на утеху тысяч римских граждан убивали друг друга. Существовали особые школы, где физически крепких рабов обучали гладиаторскому искусству. Одной из наиболее известных школ гладиаторов находилась в провинции Кампания, в городе Капуе.

    Восстание рабов в Древнем Риме началось с того, что группа рабов-гладиаторов (около 70 человек) бежала из капуйской школы после раскрытия в ней заговора и нашла убежище на вершине вулкана Везувий. Всего же участников заговора под руководством Спартака было больше — 200 человек, но стража гладиаторской школы и города Капуи разгромили заговорщиков еще в самом начале их выступления. Беглецы укрепились на труднодоступной горной вершине, превратив ее в военный лагерь. С долины к нему вела только одна узкая тропа.

    К началу 73 года до н.э. отряд Спартака быстро вырос до 10 тысяч человек. Ряды восставших гладиаторов каждодневно пополняли беглые рабы, гладиаторы, разоренные крестьяне провинции Кампания, перебежчики из римских легионов. Спартак рассылал небольшие отряды по окрестным поместьям, всюду освобождая рабов и отбирая у римлян оружие и продовольствие. Вскоре вся Кампания, за исключением городов, защищенных крепкими крепостными стенами, оказалась в руках восставших рабов.

    Вскоре Спартак одерживает ряд убедительных побед над римскими войсками, пытавшимися в зародыше подавить восстание рабов и уничтожить его участников. Вершина Везувия и подступы к потухшему вулкану стали ареной кровопролитных боев. Римский историк Саллюстий писал о Спартаке тех дней, что он и его товарищи-гладиаторы были готовы «скорее погибнуть от железа, чем от голода».

    Осенью 72 года до н.э. было полностью разгромлено войско претора Публия Вариния, а сам он чуть не попал в плен, что повергло власти Рима в немалое смятение. А перед этим спартаковцы наголову разгромили римский легион под командованием претора Клодия, который самонадеянно поставил свой укрепленный лагерь прямо на единственной тропе, которая вела к вершине Везувия. Тогда гладиаторы сплели из виноградной лозы длинную лестницу и ночью спустились по ней с горного обрыва. Римский легион, внезапно атакованный с тыла, был разбит.

    Спартак проявил прекрасные организаторские способности, превратив войско восставших рабов в хорошо организованную армию по образцу римских легионов. Помимо пехоты в спартаковской армии имелась кавалерия, разведчики, посыльные, небольшой обоз, который не обременял войска во время походной жизни. Оружие и доспехи или захватывались у римских войск, или изготовлялись в лагере восставших. Было налажено обучение войск, и тоже по римским образцам. Учителями рабов и итальянской бедноты выступали бывшие гладиаторы и беглые легионеры, прекрасно владевшие различным оружием и боевым построением римских легионов.

    Армия восставших рабов отличалась высоким моральным духом и дисциплинированностью. Первоначально командиры всех рангов избирались из числа наиболее опытных и надежных гладиаторов, а затем назначались самим Спартаком. Управление спартаковской армии строилось на демократической основе и состояло из совета военачальников и собрания воинов. Был установлен твердый распорядок лагерной и походной жизни.

    О других руководителях мощного восстания рабов в Древнем Риме почти ничего не известно. В истории сохранились только имена Крикса и Эномая, двух, по всей видимости, германцев, которые были избраны восставшими гладиаторами в помощники Спартаку, став военачальниками его армии.

    Первые победы восставших рабов нашли широкий отклик. Из Кампании восстание распространилось на южные области Италии — Апулию, Луканию, Бруттию. К началу 72 года до н.э. армия Спартака выросла до 60 тысяч человек, а во время похода на Юг она достигала, по разным данным, численности в 90–120 тысяч человек.

    Римский сенат был крайне обеспокоен размахом восстания рабов. Против Спартака были направлены две армии во главе с опытными и прославленными победами полководцами — консулами Г. Лентулом и Л. Геллием. Они надеялись добиться успеха, воспользовавшись начавшимися разногласиями среди восставших. Значительная часть рабов хотела вырваться из Италии через Альпы, чтобы обрести свободу и вернуться на родину. Среди них был и сам Спартак. Однако примкнувшая к рабам итальянская беднота этого не желала.

    В спартаковской армии произошел раскол: от нее отделилось 30 тысяч человек под командованием Крикса. Этот отряд восставших (историки по сей день спорят о его составе — были ли это германцы или италики) в битве у Гарганской горы в Северной Апулии был уничтожен римлянами под командованием консула Люция Геллия. Легионеры если и брали в плен восставших, так только для того, чтобы их казнить.

    Армия Спартака оказалась сильно ослабленной такой потерей. Однако предводитель восставших римских рабов оказался талантливым полководцем. Воспользовавшись разобщенностью действий наступавших на него армий консулов Г. Лентула и Л. Геллия, он разбил их поодиночке. В каждой битве хорошо организованная и обученная армия восставших рабов демонстрировала свое превосходство над римскими легионами. После двух таких тяжелых поражений римскому сенату пришлось спешно стягивать в Италию войска из отдаленных провинций.

    После этих двух больших побед армия Спартака прошла по Адриатическому побережью Италии. Но и как карфагенский полководец Ганнибал, вождь восставших рабов не пошел на Рим, который трепетал перед реальной угрозой появления огромной армии восставших рабов и итальянской бедноты перед своими стенами.

    В Северной Италии, в провинции Цизальпинская Галлия, в битве при Мутине (южнее реки Падус — По) в 72 году до н.э. Спартак наголову разбил войска проконсула Кассия. От Мутины римляне бежали к берегам Тирренского моря. Известно, что Спартак не преследовал Кассия.

    Теперь восставшим рабам, мечтавшим обрести свободу, было рукой подать до Альпийских гор. Им никто уже не мешал совершить переход через Альпы и оказаться в Галлии. Однако по неизвестным причинам армия восставших повернула от Мутины назад и, вновь обойдя Рим стороной, пошла на Юг Апеннинского полуострова, держась близкого побережья Адриатического моря.

    Римский сенат направил против восставших рабов новую армию, на сей раз 40-тысячную, под командованием опытного полководца Марка Красса, происходившего из сословия всадников и отличавшегося жестокостью при наведении должного порядка в армии. Он получает под свое начало шесть римских легионов и вспомогательные войска. Легионы Красса состояли из опытных, закаленных в войнах солдат.

    Осенью 72 года до н.э. армия восставших рабов сосредоточилась на Бруттийском полуострове Италии (современная провинция Калабрия). Они намеревались переправиться на остров Сицилию через Мессинский пролив на кораблях малоазиатских киликийских пиратов. Скорее всего, Спартак решил поднять на восстание рабов в этой, одной из богатейших, провинции Древнего Рима, которая считалась одной из его житниц. К тому же история этой итальянской области знала немало выступлений рабов с оружием в руках, и Спартак скорее всего был наслышан об этом.

    Однако киликийские пираты, побоявшись стать кровными врагами могущественного Рима, обманули Спартака, и их корабельные флотилии не пришли к берегам Бруттии, в порт Регия. В этом же портовом городе морских судов не оказалось, поскольку богатые горожане-римляне при приближении восставших покинули на них Регий. Попытки же переправиться через Мессинский пролив на самодельных плотах успехом не увенчались.

    Тем временем армия Марка Красса зашла в тыл восставшим рабам. Легионеры возвели в самом узком месте Бруттийского полуострова линию типичных римских укреплений, которая отрезала армию Спартака от остальной Италии. Был выкопан ров от моря и до моря (длиной около 55 километров, шириной и глубиной 4,5 метра) и насыпан высокий вал. Римские легионы привычно заняли позиции и приготовились отразить нападение противника. Тому оставалось только одно — или терпеть сильный голод, или с большим риском для жизни идти на штурм сильных римских укреплений.

    Спартаковцы сделали единственный для себя выбор. Они пошли на внезапный ночной штурм вражеских укреплений, завалив глубокий и широкий ров деревьями, хворостом, трупами лошадей и землей, и прорвались на север. Но при штурме укреплений восставшие потеряли около двух третей своей армии. Большие потери понесли и римские легионы.

    Вырвавшийся из Бруттийской западни Спартак быстро пополнил в Лукании и Апулии ряды своей армии освобожденными рабами и итальянской беднотой, доведя ее численность до 70 тысяч человек. Он намеревался весной 71 года до н.э. внезапным нападением захватить главный порт на юге Италии, в провинции Калабрия — Бриндизий (Брундизиум). На захваченных здесь кораблях восставшие рассчитывали беспрепятственно переправиться в Грецию, а оттуда могли легко добраться и до Фракии, родины Спартака.

    Тем временем римский сенат послал на помощь Марку Крассу прибывшую морем из Испании воевавшую там против иберийских племен армию полководца Гнея Помпея и крупный воинский отряд под командованием Марка Лукулла, спешно вызванный из Фракии. Войска Лукулла высадились в Бриндизии, встав прямо перед спартаковской армией. Все вместе, эти римские войска превосходили армию восставших рабов.

    Узнав об этом, Спартак решил не допустить соединения римских армий и разбить их поодиночке. Однако эта задача осложнялась тем, что армия восставших была еще раз ослаблена внутренними раздорами. От нее во второй раз отделился большой по численности отряд (примерно 12 тысяч человек, не пожелавших уходить из Италии через Бриндизий), который, как и отряд Крикса, был почти полностью уничтожен римлянами. Это сражение произошло вблизи Луканского озера, где победителем оказался Марк Красс.

    Спартак решительно повел свою армию численностью около 60 тысяч человек навстречу легионам Марка Красса, как наиболее сильному из своих противников. Вождь восставших стремится удержать в своих руках инициативу в войне против Рима. В другом случае его ожидало только полное поражение и гибель созданной им армии. Противники встретились в южной части провинции Апулия северо-западнее города Таренто в 71 году до н.э.

    По некоторым сведениям, восставшие рабы по всем правилам римского военного искусства решительно атаковали римскую армию в ее укрепленном походном лагере. Римский историк Аппиан писал: «Произошла грандиозная битва, чрезвычайно ожесточенная, вследствие отчаяния, охватившего такое количество людей».

    Перед битвой Спартаку, как военному вождю, подвели коня. Но он, выхватив меч, заколол его, сказав, что в случае победы его воинам достанется много хороших коней римлян, а в случае поражения он не будет нуждаться и в своем. После этого Спартак повел свою армию на легионы Марка Красса, которые тоже жаждали победы над «презренными» в римском обществе рабами.

    Битва была очень ожесточенной, поскольку побежденным в ней не приходилось ждать пощады от победителей. Спартак сражался в первых рядах своих воинов и пытался пробиться к самому Марку Крассу, чтобы сразиться с ним. Он убил двух центурионов и немало легионеров, но, «окруженный большим количеством врагов и мужественно отражая их удары, был, в конце концов, изрублен в куски». Так описывал его гибель знаменитый Плутарх. Ему вторит Флор: «Спартак, сражаясь в первом ряду с изумительной отвагой, погиб, как подобало бы только великому полководцу».

    Армия восставших после стойкого и поистине героического сопротивления была разбита, большая часть ее воинов пала смертью храбрых на поле брани. Легионеры не даровали жизни раненым рабам и по приказу Марка Красса добивали их на месте. Победители так и не смогли найти на поле битвы тело погибшего Спартака, чтобы тем самым продлить свое торжество.

    Около 6 тысяч восставших рабов бежали из Апулии после понесенного поражения в Северную Италию. Но там они были встречены и уничтожены испанскими легионами Гнея Помпея, который как ни торопился, но так и не успел к решающему сражению. Поэтому все лавры победителя Спартака и спасения Древнего Рима достались Марку Крассу.

    Однако с гибелью Спартака и разгромом его армии восстание рабов в Древнем Риме не закончилось. Разрозненные отряды восставших рабов, в том числе и воевавших под знаменами самого Спартака, в течение нескольких лет еще действовали в ряде областей Италии, в основном на ее юге и Адриатическом побережье. Местным римским властям пришлось приложить немало усилий для их полного разгрома.

    Расправа победителей с захваченными в плен восставшими рабами была жестокой. 6 тысяч пленных спартаковцев римские легионеры распяли вдоль дороги, ведущей из Рима в город Капую, где находилась гладиаторская школа, в стенах которой Спартак и его товарищи составили заговор с целью освобождения себя и множества других рабов Древнего Рима.

    Восстание Спартака глубоко потрясло Древний Рим и его рабовладельческий строй. Оно вошло в мировую историю как крупнейшее восстание рабов во все времена. Это восстание ускорило переход государственной власти в Риме от республиканской формы правления к императорской. Созданная Спартаком военная организация оказалась настолько крепкой, что в течение длительного времени могла с успехом противостоять отборной римской армии. Образ Спартака нашел широкое отражение в мировой художественной литературе и искусстве.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:56:15 | Сообщение # 4
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума


    Гай Юлий Цезарь родился в знатной и состоятельной римской семье. Получил разностороннее домашнее образование. Политической деятельностью стал заниматься только после смерти диктатора Суллы, выражал интересы римского «плебса».

    В 73 году до н.э. Гай Юлий Цезарь был избран военным трибуном, в 68 году до н.э. — квестором, а через три года — эдилом. В 62-м он стал претором — это была последняя иерархическая ступень, которая давала ему полное право стать наместником одной из провинций Древнего Рима. Вскоре он был назначен наместником в провинцию Дальняя Испания. Возглавив в ней римские войска, Цезарь одержал свои первые военные победы над свободолюбивыми иберийскими племенами.

    Стремясь достичь больших высот власти, Цезарь в 60 году до н.э. вступает в союз с наиболее влиятельными политическими и военными деятелями того времени Гнеем Помпеем и Марком Крассом (победителем Спартака). Вскоре этот союз трех — первый триумвират — превратился в фактическое правительство Рима. Триумвиры разделили сферы влияния в делах управления государством. В 59 году до н.э. Гай Юлий Цезарь стал консулом. Уже тогда он начал ограничивать власть сената.

    После окончания срока консульства Цезарь добился назначения наместником в Цизальпинскую, а затем в Нарбонскую Галлию, с правом набирать армию и самостоятельно вести войны.

    В 58–51 годах до н.э. Цезарь совершил свои знаменитые галльские походы. Тогда римляне встретили ожесточенное и стойкое сопротивление местного населения, однако армия легионеров, хорошо обученная, вооруженная и дисциплинированная, неизменно брала верх.

    В первом же своем галльском походе Цезарь столкнулся с кельтским народом гельветов, почти 100-тысячное войско которых значительно превосходило римское. Гельветы, проживавшие между Майном, Неккаром и Альпами, решили переселиться на юг, в Галлию. Узнав об этом, Гай Юлий Цезарь собрал со всей провинции римские войска, присоединил к ним ополчения галльских племен и дал гельветам первое сражение на реке Араре (современной Соне). Он атаковал войско гельветов во время их переправы через Арар. В ходе кровопролитной битвы, произошедшей в июне 58 года до н.э., цезарианцы уничтожили более 30 тысяч гельветских воинов.

    Второе сражение с гельветами состоялось в июле того же года при Бибракте. Гай Юлий Цезарь имел 30 тысяч легионеров, 20 тысяч вспомогательных галльских войск и 4 тысячи конных галлов. Эта битва имела большое значение, так как поражение в ней означало личную катастрофу для Цезаря. Чтобы лишить свои войска возможности отступать, он отнял лошадей у всех командиров легионов, потребовав от них стоять в сражении до последнего. В результате гельветы были разгромлены (погибло 130 тысяч воинов и членов их семей) и признали над собой власть Рима. Им пришлось вернуться к себе на родину, к востоку от Юры, как требовал Цезарь.

    В том же 58 году до н.э. (в августе – сентябре) близ современного города Мюлуз Цезарь во главе 36-тысячной армии разбил войско германского племени секванов (свевов) во главе с вождем Ариовистом. Секваны напали (на это их спровоцировал Цезарь) на ближний из двух римских походных лагерей, но два римских легиона отстояли его. После этого галльский наместник соединил свои силы и разгромил неприятеля, который бежал с огромными потерями за реку Рейн.

    В 57 году до н.э. против Рима выступили белги, обитавшие на северо-востоке Галлии. Их вожди составили коалицию, собрали племенные ополчения и двинулись на юг Галлии. Узнав об их приготовлениях, Цезарь решил упредить противника и во главе 60-тысячной армии (в том числе 40 тысяч легионеров) сам вторгся в Белгику. Весной 57 года до н.э. состоялось сражение римлян с белгами (75–100 тысяч человек), которыми командовал Гальба, царь Сюиссона (современный город Суассон). Белги потерпели поражение, и большая часть их племен покорилась Риму.

    В июле того же года Цезарь сразился с войском племени нервиев. Они внезапно напали на римлян в тот день, когда армия наместника Галлии разбивала походный лагерь на берегу реки Сабис. Римские легионы не впали в панику, сумели принять привычный боевой порядок и, отбив несколько атак нервиев, сами напали на них и победили. В сражении на Сабисе Гай Юлий Цезарь лично принял участие в рукопашных схватках, своим примером воодушевляя легионеров.

    В сентябре римская армия вторглась в страну адуатуков и штурмом взяла их столицу город Адуатуку (современный Тонгре). В яростных уличных боях приняло участие практически все население города. После одержанной победы Цезарь разместил свои войска на зимних квартирах вдоль берега реки Луары.

    56-й год до н.э. для Цезаря начался войной с венетами, обитавшими в Арморике (современная Бретань). Война свелась к осаде многочисленных маленьких укрепленных городков венетов. Решительным было лишь морское сражение в бухте Киберон (или, иначе, залив Морбихан). Легкие римские галеры практически не могли противостоять тяжелым парусным кораблям венетов. Однако римские воины нашли выход из положения: они стали рассекать снасти неприятельских кораблей серпами, привязанными к концам длинных шестов.

    Осенью 56 года до н.э. Цезарь совершил поход против белгских племен моринов и менапов (менапийцев). Те, потерпев военное поражение, поспешили укрыться в непроходимых лесах современной Голландии.

    В 55 году до н.э. под Треверой состоялось сражение между 50-тысячной армией наместника Галлии и примерно 200-тысячным войском узипетов и тенктеров, вторгшихся в римские владения в долине реки Маас (Мез). Столкновение больше всего напоминало резню легионерами нестройных толп германцев, которые не только были наголову разгромлены, но и понесли такие огромные потери, что лишь очень немногим удалось переправиться обратно через Рейн. После победы римляне полностью истребили женщин и детей этих двух германских племен.

    В июле 55 года до н.э. римская армия во главе с наместником Галлии переправилась через Рейн в районе современного Бонна. Для этой цели был построен мост, ставший шедевром военно-инженерной техники Древнего Рима. Цезарь путем запугивания заставил германские племена присягнуть Риму. После этого он вернулся в Галлию, приказав на всякий случай уничтожить за собой мост.

    В августе 55 года до н.э. Цезарь во главе двух легионов высадился на британском берегу близ Дубры (современного города Дувра). На берегу их уже ждали изготовившиеся для битвы бритты, у которых было много боевых колесниц. Высадка легионеров происходила под прикрытием огня установленных на кораблях катапульт. После нескольких тяжелых боев стороны заключили перемирие. Через полмесяца римляне возвратились в Галлию.

    В июле 54 года до н.э. Цезарь совершил второе вторжение в Британию. Теперь он имел под своим командованием армию в 22 тысячи человек (5 легионов и 2 тысячи кавалеристов), которые переправились через пролив Ла-Манш на 800 мелких судах. Вскоре после высадки разразившийся шторм потопил значительное число кораблей завоевателей. В состоявшемся сражении римляне легко разбили войско бриттов, которым командовал Кассивелаун (или Кассибелпаун). После победы Цезарь двинулся к реке Темзе и переправился через нее западнее современного Лондона. После неудачной попытки захватить укрепленный лагерь римского флота Кассивелаун запросил мира, и бритты номинально подчинились Риму.

    В 54–53 годах до н.э. в Галлии произошло антиримское восстание. Во главе его стал один из племенных вождей Амбиорикс. Недалеко от города Адуатука галлы напали на находившийся на марше римский гарнизон, которым командовал Титурий Сабин, и перебили всех римлян. После этого восставшие осадили укрепленный лагерь Квинта Цицерона, которому удалось отправить наместнику Галлии письмо с просьбой о помощи.

    В 53 году до н.э. Цезарь во главе 50-тысячной римской армии осадил город Аверикум (современный Бурж во Франции) — центр восставших галлов во главе с вождем Верцингеторигой. Римляне так и не смогли взять Аверикум приступом, все штурмы галлы отбивали. Когда у осажденных кончилось продовольствие, войско галлов во главе с Верцингеторигой тайно покинуло крепость. Только тогда легионы Цезаря смогли ворваться в город и перебить его гарнизон вместе с жителями.

    Все же в 52 году до н.э. вождь Верцингеторига скрестил свое оружие с галльским наместником. Случилось это под стенами города Герговия, который осадили римляне, впрочем, без всяких надежд на успех. Цезарь решил отступить, поскольку его армия стала испытывать большие трудности с доставкой провизии. Но перед отходом он предпринял последний штурм, который галлы отбили. На поле боя римляне оставили более 700 легионеров и 46 центурионов.

    В том же году Цезарь осадил во главе все той же 50-тысячной армии город Алезию, который защищали 80 тысяч пеших и 15 тысяч конных галлов под командованием Верцингеториги. Белги, собрав большое войско, решили прийти на помощь осажденной Алезии, но были разбиты римлянами в сражении. Известие о разгроме белгов настолько деморализовало защитников города, что на следующий день они капитулировали. Плененного вождя восставших галлов отправили в Рим для участия в полководческом триумфе Гая Юлия Цезаря, где он через пять лет был казнен как мятежник.

    После падения Алезии и сдачи галлов на милость победителя, римские завоевания Галлии (на которой размещаются современные Франция, Бельгия, Нидерланды и Швейцария) завершились. Победы над галлами способствовали росту популярности Цезаря в Древнем Риме. О своей войне против галлов, превосходивших римлян численностью, но не умением воевать, Гай Юлий Цезарь рассказал потомкам в «Записках о Галльской войне», написанных от третьего лица:

    «Положение было тяжелым, а подкрепления не было. Тогда Цезарь выхватил щит у одного из воинов в задних рядах и бросился вперед. Он окликал центурионов по именам и громко подбадривал других воинов, крича им, чтобы они пробивались вперед цепью (таким образом им будет легче пустить в ход мечи). Его пример укрепил их дух и вселил в них надежду. Невзирая на опасность, каждый из воинов старался показать себя перед своим командиром с лучшей стороны».

    Пока Цезарь успешно воевал в Галлии, в Вечном городе назревали серьезные события. Гибель Марка Красса в проигранном сражении против парфян при Каррах привела к распаду триумвирата. Началась длительная и кровопролитная борьба между Цезарем и Гнеем Помпеем, очередная гражданская война в Древнем Риме, разделившая ее граждан на два лагеря. На два враждебных лагеря разделились и римские легионы, стоявшие в провинциях.

    Каждый из двух недавних триумвиров стремился установить личную власть в Риме. Помпей возглавлял сторонников сенатской республики, Цезарь — ее противников (огромные завоевания в Галлии принесли ему популярность в Риме). В 49 году до н.э. сенат, досрочно прекратив наместничество Цезаря, приказал ему распустить армию и возвратиться в Рим в качестве частного лица. Это был прямой вызов полководцу со стороны его врагов-помпеянцев.

    В ответ в январе того же года Гай Юлий Цезарь во главе своих легионов пошел на Рим, войсками которого командовал Помпей. Начало междоусобной, гражданской войны в Древнем Риме ознаменовалось тем, что цезарианцы ночью перешли реку Рубикон. Перед этой переправой полководец сказал свои знаменитые в истории слова: «Жребий брошен!» Опытные войска Цезаря начали повсеместно теснить армию Гнея Помпея и всего за два месяца овладели Северной Италией.

    Помпей пытался защитить Вечный город от цезарианцев. Но в сражении при Илерде в 49 году до н.э. потерпел полное поражение и с остатками своих легионов (примерно 25 тысяч человек) и со своими сторонниками-сенаторами отступил из Рима через Бриндизи в Грецию столь поспешно, что даже не успел захватить с собой государственную казну.

    Гай Юлий Цезарь во главе обожествлявшей его армии отправился сперва в Испанию, где Гней Помпей был наместником и где находились семь верных ему легионов под командованием военачальников Афрания и Петрея. В июле 49 года до н.э. легионы помпеянцев были блокированы в городе Илерда. 2 августа Цезарь принудил к сдаче испанские легионы, распустил их и пополнил оказавшимися «без работы» легионерами Афрания и Петрея собственную армию. Только после этого новый правитель Древнего Рима морем переправился с войсками в Элладу.

    Оказавшись на греческой земле, Помпей разбил походный лагерь неподалеку от города Диррахия в Эпире и хорошо укрепил его. Подошедший Цезарь расположил свою армию между городом и вражеским лагерем, перерезав таким образом главные неприятельские коммуникации. Это вынудило Помпея атаковать боевые порядки цезарианцев. Потеряв в бою тысячу легионеров, он все же прорвал их ряды и вынудил противника отступить.

    Осенью 49 года до н.э. не покинувшие Рим вместе с Гнеем Помпеем сенаторы торжественно провозгласили Цезаря диктатором. С этого дня он стал фактически монархом. Римской республике пришел конец.

    Затем состоялось известное сражение в Фессалии при Фарсале 9 августа 48 года до н.э. Помпей имел под своим командованием 50 тысяч человек, а Цезарь — в два раза меньше. В начале битвы помпеянская конница отбросила конницу противника, но увлекшись ее преследованием, попала под неожиданный удар легионов Цезаря. После этого ей пришлось обратиться в бегство, увлекая за собой пеших воинов. В этой битве победители потеряли всего 200 человек, а побежденные — 8 тысяч, не считая еще 20 тысяч, сдавшихся в плен.

    Оставшись без армии, Помпей на корабле бежал в Египет в надежде найти там убежище и возобновить вооруженную борьбу со своим противником. Однако египетские власти не дали побежденному римскому полководцу даже высадиться: он был убит прямо в лодке слугами египетского царя, когда плыл к берегу.

    Несмотря на это, Цезарь отправился с частью своей армии из Греции в Египет, чтобы покончить с остатками оказавшихся за морем помпеянских войск. Там ему пришлось сразиться с молодым Птолемеем XIII, правившим Египтом вместе со своей сестрой Клеопатрой. Римлянам пришлось выдержать до прибытия подкреплений тяжелую осаду в Александрии, после чего цезарианцы разбили египетскую армию на берегу Нила. В сражении погиб царь Птолемей XIII, после чего война в Египте закончилась.

    В Египте у Гая Юлия Цезаря начался бурный роман с царицей Клеопатрой. Находясь под влиянием умной и образованной египетской царицы, полководец в 47 году до н.э. всего за пять дней разгромил непримиримого врага, понтийского царя Фарнака.

    Поскольку Клеопатра значилась в числе союзников Древнего Рима, а царь Понта не входил в их число, Юлий Цезарь без ложной скромности отправил в Вечный город лаконичное донесение о еще одной победе римского оружия: «Пришел, увидел, победил».

    После смерти Помпея его партия и партия сената далеко не были сломлены. Немало было помпеянцев в Италии; опаснее были они в провинциях, особенно в Иллирии, Испании и Африке. В январе 46 года до н.э. помпеянцы Лабиен и Петрий при поддержке нумидийской конницы царя Юбы едва не уничтожили три легиона цезарианцев в бою при Руспине. В апреле 46 года до н.э. десять легионов Цезаря одержали победу над превосходящими силами помпеянцев (14 легионов, не считая легкой вспомогательной пехоты и конницы и 100 боевых слонов) у Тапса. Находясь под впечатлением этой победы, римский сенат назначил Гая Юлия Цезаря диктатором Древнего Рима сроком на десять лет.

    Последняя битва между помпеянцами и Юлием Цезарем (а в его полководческой биографии она оказалась вообще последней) произошла под Мундой 17 марта 45 года до н.э. Цезарь продемонстрировал большое искусство командования своей испытанной в войнах армии. Она нанесла помпеянцам сокрушительное поражение, потеряв всего одну тысячу человек. Помпеянцы потеряли под Мундой 30 тысяч человек, в том числе своих военачальников Лабиена и Атия Вара.

    Гибель Гнея Помпея-младшего положила конец гражданской войне в Римской республике, поскольку помпеянцы, деморализованные полным военным разгромом, прекратили сопротивление. В 44 году до н.э. сенат объявил Цезаря пожизненным диктатором Рима.

    Достигнув всей полноты государственной власти в Древнем Риме, Юлий Цезарь мог сказать о себе и своих предках: «Род моей тетки Юлии восходит по матери к царям, по отцу же — к бессмертным богам: ибо от Анка Марция происходят Марции-цари, имя которых носила ее мать, а от богини Венеры — род Юлиев, к которому принадлежит и наша семья. Вот почему мой род облечен неприкосновенностью, как цари, которые могуществом превыше всех людей, и благоговением как боги, которым подвластны и самые цари».

    Полководец, добившийся диктаторских полномочий в Древнем Риме ценой жизни многих тысяч римских легионеров, внес значительный вклад в развитие военного искусства той древней эпохи. Он отличался дальновидностью и предусмотрительностью при решении стратегических задач как в ходе галльских войн, так и в гражданской войне с Помпеем. Свои легионы он стремился располагать на театре военных действий сосредоточенно, умело создавал превосходство над врагом на нужном направлении.

    На поле битвы располагал свою армию в три боевые линии, последняя из которых являлась резервом. Эффективно использовал разведку. После победы организовывал преследование разгромленного противника на большую глубину.

    Юлия Цезаря можно смело отнести к числу крупнейших военных историков Древнего мира. Он оставил после себя несколько интересных и содержательных трудов по истории войн. Великие полководцы генералиссимус А.В. Суворов и Наполеон Бонапарт считали, что каждый офицер должен изучить его труды.

    Став в Риме пожизненным диктатором, Юлий Цезарь способствовал сплочению своих недругов. Поэтому ему не удалось поцарствовать в Древнем Риме даже одного года.

    В конце 45 года до н.э. против него был организован заговор во главе с Марком Юнием Брутом и Гаем Кассием Лонгином. Первому из них диктатор милостиво разрешил остаться у власти после окончания гражданской войны, а второй считался одним из ближайших его соратников. Среди заговорщиков были не только недавние помпеянцы, но и сторонники Цезаря.

    15 марта 44 года до н.э. Гай Юлий Цезарь был убит в римском сенате. Как засвидетельствовали потом врачи, из всех кинжальных ран, нанесенных ему, только одна — в грудь оказалась смертельной. Хоронили в Риме диктатора с положенными ему почестями. А все до одного заговорщика-убийцы по разным причинам ненадолго пережили свою жертву.

    Юлий Цезарь был выдающейся личностью своего времени. О нем писали Плутарх, Марк Туллий Цицерон, Аппиан и Гай Светоний Транквилл. Их личные прижизненные и посмертные писания об этом человеке во многом противоречивы и не вызывают симпатии к Цезарю. Пожалуй, лучше всех о диктаторе написал Плутарх:

    «Цезарю не пришлось воспользоваться могуществом и властью, к которым он ценой величайших опасностей стремился всю жизнь и которых достиг с таким трудом. Ему достались только имя владыки и слава, принесшая зависть и недоброжелательство граждан».
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:56:54 | Сообщение # 5
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Луций Септимий родился в Северной Африке, в городе Великий Лептис, в семье богатого римского поселенца. Он получил хорошее домашнее образование, которое успешно продолжил в Вечном городе. Там он, повзрослев, начал заниматься политической и административной деятельностью.

    Император Марк Аврелий, оценивший способности молодого Луция Септимия, сделал его сенатором. На этом посту он познакомился с организацией государственной власти и военной системой империи, завел много полезных знакомств в аристократических кругах, среди знатных патрициев.

    Скорее всего, еще когда энергичный Луций Септимий был рядовым сенатором, у него зародилась мысль при первой же возможности побороться за императорский престол. А пока ему предстояло пробивать себе дорогу в древнеримской иерархии, полагаясь на поддержку императора Марка Аврелия, человеком которого он считался в кругу сенаторов. И он старался завести себе как можно больше влиятельных друзей, которые в нужный час могли стать его единомышленниками.

    Затем Луций Септимий в должности легата управлял Бэтикой и Сардинией, а потом Сицилией, одной из богатейших и важнейших провинций Древнеримской империи. По совместительству он командовал римскими войсками на этих территориях, обеспечивая там порядок и спокойствие, своевременный сбор налогов с местного населения и выполнение им различных государственных повинностей.

    В 193 году, когда правивший в то время император Север Пертинакс был убит своими гвардейцами-преторианцами, Луций Септимий был наместником пограничной области Верхней Паннонии и командовал расквартированными там римскими легионами, закаленными в сражениях с варварскими народами, постоянно вторгавшимися в пределы Римской империи. Наместник пользовался у легионеров огромным авторитетом.

    Получив известие об убийстве малопопулярного в Древнем Риме императора Пертинакса, придунайские легионы тотчас же провозгласили наместника Септимия римским императором. Подобное часто бывало в истории Древнего Рима. Думается, что Луций Септимий, будучи искушенным в политических делах, сам подготовил это провозглашение.

    Свое правление Луций Септимий, объявленный императором на берегах Дуная, но не признанный еще в Вечном городе ни сенаторами, ни римским людом, начал с того, что прибавил к своему имени имя покойного императора. В мировую историю он вошел как Луций Септимий Север. После этого, не теряя времени, он двинулся во главе верных ему легионов в Италию, где мятежные преторианцы посадили на императорский престол Дидия Юлиана.

    Силы вступавших в военное противоборство сторон оказались совершенно неравными. Попытка императора Дидия Юлиана оказать вооруженное сопротивление императору Септимию Северу никакого успеха не имела, поскольку защищать первого никто не захотел. Он был низвергнут римским сенатом и казнен. Так римские сенаторы выказали верность новому императору, который был готов взять Вечный город силой оружия.

    Луций Септимий Север торжественно вступил в Вечный город во главе придунайских легионов, которых ждала большая награда за поддержку нового императора. Став обладателем государственной казны, Луций Септимий щедро одарил возведших его на престол провинциальных легионеров.

    После этого император начал укреплять свою власть. Прежде всего он позаботился о собственной безопасности. Распустив привилегированных преторианцев, решившихся на убийство императора, процарствовавшего всего три месяца, он сформировал свою гвардию из отборных солдат паннонских легионов, на которых мог положиться в самую тяжелую минуту.

    Однако признали нового властелина Рима далеко не все провинции империи и их наместники, которые тоже командовали верными им легионами. У Луция Септимия Севера оказалось два соперника, и довольно могущественных. Первым был Песценний Нигер, правивший в Сирии и имевший многочисленные войска. Вторым противником стал Клодий Септимий Альбион, командовавший римскими войсками в Британии, близкой от Апеннин, Галлии и Испании. И его военная сила выглядела внушительно.

    В остром соперничестве с ними Луций Септимий Север показал себя не только победоносным полководцем, но и искуснейшим дипломатом. Сперва ему удалось на время нейтрализовать правителя Британии, Галлии и Испании. Император сделал своего противника Клодия Септимия Альбиона своим коллегой в консульстве, то есть соправителем. Тот, не долго думая, согласился на предложение потенциального врага.

    После этого дипломатического хода началась война против сирийского наместника. Однако у Луция Септимия Севера не оказалось достаточно войска, чтобы рассчитывать на победу. Тогда он заключил союз с парфянами, не раз сталкивавшимися с римскими легионами на границах Сирии. Узнав о заключении такого союза, Песценний Нигер не устрашился и на милость победителя сдаваться не захотел. Он тоже мечтал об императорской власти и был готов с оружием в руках оспаривать ее у бывшего наместника Верхней Паннонии.

    Септимий Север выступил в военный поход на Восток с большими силами. Сирийская земля превратилась в театр военных действий, где римские легионы сражались друг с другом, тысячами жизней оплачивая амбиции своих предводителей. Все же войск у римского императора оказалось больше, чем у наместника Сирии, и тот потерпел несколько серьезных поражений. Окончательную победу над Песценнием Нигером Септимий одержал в сражении при Иссе.

    Император своеобразно распорядился плодами этой победы. Преследовать остатки разгромленного неприятельского войска он поручил своим военачальникам. А сам с главными силами римской армии двинулся на своих союзников-парфян, которые пришли в сильное замешательство от подобного поступка Луция Септимия Севера, который коварно нарушил клятвенное обещание быть верным союзником Парфии.

    Парфянское войско, не отличавшееся дисциплинированностью и не имевшее способных военачальников, не смогло устоять против натиска римских легионов. Септимий Север, внезапно обрушившись на парфян во главе многочисленной армии, выгнал их из Аравии и Адиабены и присоединил к Древнеримскому государству всю Месопотамию.

    После одержанных над парфянами побед, Луций Септимий Север двинул свою армию на северо-запад Малой Азии. Вскоре под ударом римских легионов пала осажденная Византия. Эту победу император одержал в 196 году. Так он довольно быстро расширил владения Древнего Рима на Востоке и тем самым завоевал у своих подданных огромный авторитет.

    Однако императора, воевавшего далеко на Востоке, в Вечном городе ожидали большие неприятности. Оставшийся в Италии Клодий Септимий Альбион довольно скоро убедился в том, что соправителем Рима он является чисто формально, но было уже поздно. Все же он решился на поступок, стоивший ему жизни. Альбион, бывший неплохим полководцем, заручившись поддержкой своих сторонников, объявил себя римским императором.

    Это послужило поводом для очередной гражданской войны в Древнем Риме. Луций Септимий Север незамедлительно прекратил военные действия на Востоке и во главе своей армии поспешил в Италию, чтобы не дать сопернику возможности закрепиться у власти.

    Древний Рим разделился на два лагеря, поскольку стоять в стороне было опасно. В гражданской войне 90-х годов II века западноевропейские провинции Рима оказались на стороне Клодия Альбиона и признали его императорскую власть. Но и его соперник Луций Септимий Север имел там много приверженцев. На его стороне, например, выступил единственный в Испании римский легион. Города же романизованной части Испании стояли за Альбиона.

    В решающем сражении при Лионе (около Лугдуна) в 197 году в центре провинции Галлия легионы Клодия Септимия Альбиона были разгромлены, а ему пришлось покончить жизнь самоубийством, чтобы избежать позора побежденного и публичной казни. Его сторонники были казнены победителями, а город Лион был отдан на разграбление легионерам императора.

    На приверженцев Альбиона из числа сенаторов и муниципальных землевладельцев Галлии и Испании обрушились жестокие репрессии. За счет земельных и имущественных конфискаций здесь увеличилась и без того крупная собственность императора и его сторонников, прежде всего военачальников.

    Одновременно репрессиям подверглись и города романизированной части Испании. Император прибрал к рукам торговлю рядом особенно ходовых товаров, в том числе оливковым маслом. Торговлю в испанских и галльских городах подрывала и инфляция, искусственно созданная Луцием Септимием Севером в целях личного обогащения.

    Часть конфискованной земли магнатов Испании и Галлии император раздал своим солдатам, в первую очередь ветеранам придунайских легионов. Теперь они составляли довольно многочисленную прослойку среди свободных землевладельцев в Древнем Риме, и на них правитель Вечного города мог всегда опереться.

    Стремясь укрепить собственную власть и созданную им императорскую династию Северов, император провел военную реформу. На основе нововведений в римское законодательство стали создаваться военные поселения на легионных землях и солдатам стали разрешать заключать браки. Это привело к появлению, в частности на Рейне, солдатских средних земельных владений (размером около 400 югеров). Рядом с виллами легионеров стали возникать керамические и стеклодувные мастерские. Такие меры значительно укрепили муниципальное землевладение.

    Римская армия значительно увеличилась. Император приказал набирать в нее и провинциалов, прежде всего из дунайских областей. Теперь выходцы из провинций получили право занимать в армии командные должности. Было увеличено жалованье легионерам, помимо того они часто получали от правителя подарки, что в Римской империи вскоре стало традицией.

    Основатель римской императорской династии Северов вошел в историю как правитель, который для поддержания личной власти в политически нестабильном государстве сделал главную ставку на армию, мало заботясь о мнении сената и граждан Вечного города.

    Император Луций Септимий Север стремился укрепить личную власть с помощью репрессий не только против сторонников претендентов на его престол. Он казнил любых своих противников и из числа сенаторов и значительно урезал права римского сената, запретив ему издавать законы и выбирать магистратов. Императором, чье правление больше напоминало военную диктатуру в государстве, римский сенат откровенно унижался и игнорировался.

    Он установил жесткий контроль над городами, лично назначая туда администраторов — кураторов. Они распоряжались городскими финансами и взимали всевозможные штрафы в пользу имперской казны.

    Поскольку императорская казна пополнялась все же не так полно, как бы хотелось Луцию Септимию Северу, то он довольно скоро столкнулся с серьезной проблемой. Денег на содержание армии, аппарата чиновников и императорского двора стало катастрофически не хватать. Изобретательный ум правителя Рима и его ближайших советников быстро нашел выход. Он приказал уменьшить в римских серебряных монетах содержание драгоценного металла. Во второй половине III столетия монеты стали лишь слегка посеребренными медными, поскольку при последующих императорах порча монет вошла в систему.

    Расправившись со своими противниками в Италии и европейских провинциях империи, Септимий Север предпринял второй большой поход в Парфию. Римские легионы одерживали над войском парфян одну победу за другой. В итоге Парфия была окончательно разгромлена, города Селевкия и Ктезифон, столица государства Арсакидов, пали. Армия императора с триумфом и большой военной добычей возвратилась в Вечный город.

    В конце жизни, в 208–211 годы, императору Луцию Септимию Северу пришлось вести войну в Британии. Эта римская провинция подверглась с территории современной Шотландии нападению племен скоттов и пиктов (каледонцев), прорвавшихся через Адрианов вал на римские земли. Более того, эти воинственные племена горцев стали частыми набегами тревожить гарнизоны римской армии, расположенные на севере провинции Британии.

    На войну император отправился со своими сыновьями, чтобы научить их полководческому искусству. Первоначально война римлян против скоттов и пиктов шла с переменным успехом. Однако в конце концов сказалась высокая организованность и боеспособность императорской армии. Римские легионы усмирили каледонцев, заставив их уступить Риму часть своих владений и восстановить оборонительный Адрианов вал.

    В Британии император Луций Септимий Север сильно заболел ревматизмом и скончался в столице Нижней Британии городе Эбораке (ныне город Йорк). Прах отца сыновья перевезли в Рим, где он и был похоронен с большими почестями.

    Древнеримский писатель Дион Кассий приписывает императору Луцию Септимию Северу следующие предсмертные слова, обращенные к сыновьям: «Будьте дружны между собой, обогащайте солдат, об остальном не заботьтесь». Императорскую власть он получил от солдат, и солдаты оставались главной опорой власти как его, так и его наследников.

    В своем завещании он передавал власть обоим своим сыновьям. Но, убив родного брата, власть захватил старший из них — Марк Аврелий Антонин, по прозвищу Каракалла. Но править ему довелось всего шесть лет.

    18-летнее правление римского полководца Луция Септимия Севера было ознаменовано не только крупными военными победами на Востоке, где им была разгромлена сильная Парфия и сделаны большие территориальные приобретения для Древнего Рима, и победой в гражданской войне против Альбиона. Он провел целый ряд серьезных внутренних реформ, направленных прежде всего на усиление его власти в Римском государстве. Считая главной своей опорой армию, он много сделал для заметного улучшения материального благополучия легионеров и их командиров. Септимий Север оставил потомкам написанную им автобиографию.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:57:45 | Сообщение # 6
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Этот человек родился в Иллирии, приморской области на территории современной республики Хорватия. Аврелиан происходил из семьи небогатого колона-земледельца одной из нижнедунайских провинций Древнего Рима. Могущественная империя, заботясь о своем благополучии, не раз законодательно увеличивала число своих свободных граждан, хотя их права были урезаны по сравнению с жителями Вечного города. Будущий прославленный полководец вместе с правом римского гражданства получил имя Луция Домиция и когномен «А» по имени сенатора Аврелия, колоном которого был его отец.

    Став римским гражданином, юноша решил сменить образ жизни провинциального земледельца на жизнь легионера, чья профессия была весьма уважаема в Древнем Риме. Он рано и успешно начал служить в римских войсках, которые постоянно участвовали то в завоевательных походах, то в обороне границ империи от варварских народов, то в подавлении восстаний на подвластных Риму территориях. Аврелиан оказался человеком, которого сама природа подготовила к ратному поприщу. Храбрый и решительный, он рано обратил на себя внимание командиров, и они прочили юноше удачную военную карьеру.

    В 268 году Луций Домиций Аврелиан был уже известным в Древнем Риме военачальником, прославившим свое имя не в одном военном походе. Правда, он еще не был на первых ролях в римском войске, но пользовался в среде легионеров немалым почитанием. Из провинции его перевели в столицу империи, где он сразу же окунулся в политическую жизнь. Выразилось это в свержении с престола и убийстве правившего тогда императора Галлиена. Верные Аврелиану легионы готовы были силой своего оружия поддержать заговорщиков, но этого не потребовалось — защитников у Галлиена в римской армии просто не нашлось.

    При императоре Клавдии иллириец взошел на вершину военной власти. Когда началась тяжелая для Рима война с готами, под его командованием оказалась вся римская кавалерия, хорошо обученная, вооруженная и дисциплинированная. Правда, она не была главной силой римской армии, основу которой составляли пешие легионы. Готы, отчаянно сражавшиеся против более сильного врага, в конце концов потерпели поражение. В этой войне Аврелиан заслужил славу настоящего полководца.

    Кавалерия под его командованием не раз наносила полное поражение многочисленной, но недисциплинированной коннице варваров, умело вела преследование разгромленного в сражении противника и маневрировала на поле битвы. В конных схватках конные толпы готских воинов всегда уступали римским кавалеристам, умевшим действовать в строю и послушным воле своих начальников.

    В годы правления императора Клавдия предводитель регулярной римской кавалерии Аврелиан не раз проводил самостоятельные военные операции, которые успешно заканчивались для римского войска. Он удачно применял тактику внезапных нападений на селения варваров, жители которых или уничтожались солдатами, или угонялись в плен для последующей продажи в рабство. Вожди готов оказывались в большинстве случаев бессильными бороться с ним на своей земле.

    Победоносная война с готами выдвинула Луция Домиция Аврелиана на первые роли в Римской империи, поскольку за его спиной стояли многочисленные римские легионы, закаленные в войне. В начале 270 года умер император Клавдий и италийскими легионами, стоявшими гарнизонами на территории самой Италии и в окрестностях Вечного города, новым главой Рима был провозглашен брат умершего императора Квинтиллий. Аврелиана тогда не было в Риме, и он не мог повлиять на такое решение. К тому времени он уже открыто претендовал на пост первого человека в огромной империи, поскольку командовал немалой военной силой.

    Правление Квинтиллия было недолгим. Уже весной этого же 270 года солдаты паннонских легионов в Сирмии провозгласили императором своего победоносного полководца Луция Домиция Аврелиана, близкого друга популярного императора Клавдия. Такое решение с воодушевлением встретили и римские легионы, расквартированные в провинциях. Во главе верных ему войск новый правитель Рима, стараясь не терять драгоценного времени, двинулся в поход на Вечный город.

    Императору Квинтиллию не на кого было опереться в Риме, если не считать собственных телохранителей и городского гарнизона. Однако до войны между соперниками дело не дошло, хотя стороны были настроены весьма решительно. При известии о приближении провинциальных легионов во главе с Аврелианом, перед которым одним за другим открывались ворота италийских городов, Квинтиллий добровольно лишил себя жизни, избавив тем самым Древний Рим от ужасов гражданской войны. Современники высоко оценили такой поступок слабейшего.

    Римскому сенату, в котором у провозглашенного солдатами императора было немного сторонников, пришлось признать главой государства иллирийца Аврелиана. Тот, чтобы укрепиться на вершине власти, свое правление начал с мер по усилению римской армии, с улучшения условий службы легионеров, чем еще больше завоевал их расположение. Его ближайшие сподвижники по мятежу против Квинтиллия получили всевозможные императорские милости.

    Новому главе Рима сразу же пришлось столкнуться с большими внешнеполитическими трудностями, доставшимися ему от предшественников. Император Аврелиан в самом начале своего правления был вынужден отвести римские легионы и часть колонистов из Дакии на правый берег Дуная. Плодородную Дакию захватили готы, сарматы и маркоманны.

    Аврелиан поставил перед собой цель — укрепить могущество Рима. В его время этого можно было добиться только путем завоевательных войн и карательных походов, мерами защиты государственных границ от воинственных соседей в Европе, Малой Азии и Африке. Аврелиан начал длительную серию войн, силой оружия успешно присоединяя новые земли к Римской империи.

    Главной задачей нового императора стало восстановление целостности государства. К этому стремился еще император Клавдий, но ему мало что удалось сделать. Прежде всего римская армия во главе с Аврелианом обрушилась на воинственных готов, которые никак не желали уступать ненавистному им Риму. Готы сопротивлялись армии Аврелия яростно и упорно, не считаясь ни с какими потерями. Однако на поле битвы варварское войско раз за разом оказалось неспособным противостоять римским легионам под командованием императора и его военачальников, имевших богатый боевой опыт. В 270–271 годы древнеримский полководец после нескольких победоносных походов вытеснил из приграничной области Паннонии готов, а также вандалов, которые своей постоянной готовностью к войне с Римом мало чем отличались от готов.

    Затем началась война с алеманами (ютунгами), которые в ходе переселения вторглись в римскую провинцию Рецию и саму Италию. Император Аврелий вновь продемонстрировал высокое полководческое искусство в борьбе с варварами. Он наголову разбил алеманов в сражении при Плаценции, где нестройные многотысячные толпы неприятелей в яростных атаках раз за разом разбивались о линию римских легионов, а римская кавалерия умело наносила фланговые удары. Алеманы вместе со своими семьями и стадами были вынуждены отступить за пограничную черту, но оружия не сложили.

    В том же 271 году война с воинственным народом алеманов возобновилась. Сперва император Аврелиан нанес им поражение в Умбрии, близ реки Метавр (современная Метаура). Римляне вновь сокрушили вражеское войско в битве при Павии. Оба войска сражались отважно. Под вечер атаковавшим алеманам, совершившим долгий и изнурительный переход, удалось расстроить ряды римской армии, и они уже начали было торжествовать победу.

    Однако император Аврелиан нашел выход в такой критической ситуации. Он построил дисциплинированные легионы в новый боевой порядок, чему противник не сумел помешать. Сражение возобновилось с новой силой, но варварам уже больше не удалось повторить той успешной и стремительной атаки. На сей раз их начали теснить римские легионы. В конце концов битва при Павии завершилась хотя и трудной, но зато полной победой римского оружия и алеманы бежали из пределов империи. Большинство их пало в сражении у Павии.

    Войны с алеманами и другими варварами, посягавшими даже на саму итальянскую территорию, изменили внешний образ Вечного города. Для защиты от них по императорскому указу были восстановлены старые стены и Рим был обнесен новой, более мощной, крепостной стеной, что обошлось государственной казне и горожанам в крупную сумму. Новая стена, получившая название Аврелиановой, длиной в 18,8 километров сохранилась до сих пор.

    Победы в войнах с готами, вандалами и алеманами стали вершиной полководческой славы императора Луция Домиция Аврелиана. Его имя стало одним из самых знаменитых в истории Древнего Рима. Разгромив германские народы — варваров и обезопасив тем самым самую тревожную для государства границу по Дунаю, Аврелиан во главе римской армии двинулся на Восток. В походе в восточное Средиземноморье его сопровождал многочисленный флот.

    Решив продолжить серию завоевательных походов, он обрушился на Пальмирское царство, при царе Оденате и его вдове-царице Зенобии распространявшего свою власть на большую часть Передней Азии и временно захватившего такую богатую и густозаселенную страну, как Египет. Римский сенат, давший свое согласие на ведение новой завоевательной войны, тревожился, что она надолго затянется. Однако этого не произошло благодаря полководческому таланту императора.

    Пальмирское царство еще не так давно находилось под властью Римской империи. Однако удержать его Риму в своих руках не удалось: на Востоке, на границах Персидской державы, в Закавказье и Великой Армении почти беспрерывно бушевали войны. Нейтральный оазис Пальмира (Тадмор) на севере современной Сирии стал крупной перевалочной базой для международной торговли и быстро разбогател. Это дало возможность Пальмирскому царству выйти из-под влияния Рима и занять господствующее положение на Ближнем Востоке.

    При царице Зиновии (Зенобии) Пальмира достигла вершины своего могущества. Ее владениями стали сирийские земли и Египет. Царство имело сильное войско, а ее столица была хорошо укреплена. Кроме того, Пальмирское государство, в случае войны с Римской империей, могло опереться на военную помощь дружественной Персии.

    Уже в 272 году Аврелиан вытеснил войска пальмирской царицы Зиновии из Малой Азии, взяв немало городов и крепостей. В сражениях при Иммах близ Антиохии и Эмесе войско Пальмирского царства, которым командовал полководец Зобде, было разбито, а его остатки были заперты в Пальмире. Римская армия начала осаду города-крепости, в котором оказалось мало запасов продовольствия, кроме того, осажденные бедствовали из-за нехватки питьевой воды.

    Царица Зиновия организовала ожесточенное сопротивление своих подданных римлянам. Защитники Пальмиры успешно отбивали все атаки неприятеля. Казалось, что полководцу Аврелиану может не хватить сил для овладения Пальмирой. Однако Рим оказал помощь своей армии в Малой Азии, усилив ее новыми подкреплениями. После этого осада крепости стала вестись более успешно.

    В начале следующего 273 года царица Зиновия бежала из своей осажденной столицы с надеждой собрать новые войска против римлян. Однако беглянку задержали и доставили в римский лагерь. Это известие побудило защитников Пальмиры сдаться, и они сложили перед императорскими легионами оружие. Луций Домиций Аврелиан великодушно даровал царице Зиновии прощение (что было совсем не в духе той исторической эпохи) и оставил ей в правление город Пальмиру с окрестностями.

    Вскоре после овладения Пальмирой император Аврелиан повел свое войско дальше в поход, оставив в городе сильный римский гарнизон. Через непродолжительное время горожане во главе с царицей Зиновией восстали и перебили оставленный там победителями гарнизон вместе с чужеземным губернатором. Получив такое известие, Аврелиан повернул армию назад и вновь захватил Пальмиру, не пощадив при этом никого из его жителей. Город был разрушен до основания.

    После этого император продолжил завоевательный поход, уже не встречая большого сопротивления. В том же 273 году Аврелиан подавил восстание сторонников царицы Зиновии в Египте, проявив при этом решительность и жестокость. Некий Фирм, провозгласивший себя египетским императором, был пойман и казнен. Так Пальмирское царство было окончательно стерто с карты Древнего мира, превратившись в окраину Римской империи.

    С Ближнего Востока Аврелиан и римские легионы возвратились в Вечный город с огромной военной добычей. Бывшая пальмирская царица Зиновия, эта энергичная и честолюбивая правительница, была в цепях с позором проведена по Риму в триумфальном шествии императора-полководца. Его прославляли теперь не только народ, но и сенат.

    После победного завоевательного похода на Восток император Аврелиан обратил свое внимание на галльские провинции Рима, где против него поднял мятеж правитель Галлии Тетрик со своими аквитанскими легионами. Дело было обычным для Римской империи. Опасность для императора заключалась в том, что Галлия находилась слишком близко от самой Италии и мятежный дух мог сказаться на войсках, стоявших на ее территории. К тому же аквитанские легионы были одними из лучших в военной организации Древнего Рима.

    Аврелиан, не дав отдохнуть армии, двинулся на земли галлов. В решительной и кровопролитной битве при Шалоне его войска разгромили мятежные римские легионы Аквитании. Те, хотя и сопротивлялись отчаянно, были почти полностью уничтожены, а наместник Тетрик перешел на сторону императора, бросив на произвол судьбы своих солдат.

    Более того, Тетрик, явно не рассчитывая на победу, договорился с Аврелианом об уничтожении подчиненных ему аквитанских легионов, разместив свои войска самым удобным для противника образом. Мятежные легионы заплатили за предательство своего начальника собственными жизнями. Наместник Галлии Тетрик с несколькими приближенными сохранили собственную жизнь, но не положение в империи. Аврелиан не приближал к себе людей из числа предателей, поскольку не доверял им.

    Победа в сражении при Шалоне принесла большие плоды. После нее Риму и его победоносному императору покорились Галлия и Британия, население которых не раз поднималось на войну с римлянами, и наведение порядка в этих провинциях тревожило римский сенат не одно десятилетие. Была восстановлена римская власть в Испании. Более того, уничтожение мятежных аквитанских легионов стало наглядным уроком для римских провинциальных войск и губернаторов далеких от Рима провинций, которые не раз вносили смуту в жизнь великой империи.

    После серии блестящих побед Луций Домиций Аврелиан стал носить почетный титул «восстановителя мира» («реставратора мира») в Римской империи, граждане которой всюду с большими почестями встречали своего коронованного правителя и победоносного полководца. Он был любим и римской армией, о благополучии которой он заботился больше всего на свете.

    Правление Аврелиана было счастливым для государства, поскольку полководец оказался еще и мудрым властелином, будучи человеком примерного личного поведения. Его важнейшими достижениями во внутренней политике были восстановление строгой дисциплины в римской армии, денежная реформа с выпуском новых монет, введение культа бога солнца, которому в Вечном городе поставили великолепный храм, поклонение ему приобрело значение почти государственной религии, уступка воинственным варварам старой и образование новой провинции Дакии на придунайских землях. В истории Древнего Рима это были события большой значимости.

    При Аврелиане началось строительство крепостной стены вокруг столицы империи города Рима. Правление императора носило черты восточного деспотизма, поскольку он не терпел даже малейшего противоречия его воле и решениям. Аврелиан первым среди римских императоров стал носить драгоценную диадему как символ высшей власти в Древнем Риме. На некоторых монетах, отчеканенных в римских провинциях, его величали словами «рожденный бог и господин».

    Судьба приготовила для императора-полководца бесславную кончину. В 275 году во время похода против Персии недалеко от города Византия Аврелиан стал жертвой заговора приближенных. Во главе заговорщиков стоял личный секретарь императора, не без оснований опасавшийся гнева своего господина за какой-то проступок. Он оказался не одинок в смертельной ненависти к правителю. Заговорщикам удалось обмануть бдительность личной стражи Аврелиана и убить его.

    Императора Луция Домиция Аврелиана как полководца отличала решительность в действиях, личная храбрость, которой так восторгались его легионеры, стремление наносить неприятелю полное поражение. Он умело управлял легионами в ходе сражений, проявлял своевременную распорядительность, как это было в трудной для римлян битве при Плаценции, и почти всегда одерживал победы. Восстановление силой оружия целостности Римской империи дало историкам право считать его одним из самых великих полководцев Древнего Рима.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:58:18 | Сообщение # 7
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Свое историческое прозвище «Мартелл» военный вождь франков Карл Пипин, майордом из рода Каролингов, получил после одержанной им победы над арабским войском. Мартелл — это молот, который беспощадно разит врага.

    К началу его фактического правления Франкское государство состояло из трех давно обособившихся частей: Нейстрии (северо-западной Галлии с Парижем), Австразии (северо-восточной части) и Бургундии. Королевская власть была чисто номинальной. Этим не замедлили воспользоваться враги франков. В рейнские области вторглись саксы, в Баварию — авары, а через Пиренеи к реке Луаре двигались завоеватели-арабы.

    Свой путь к власти Карлу Мартеллу приходилось прокладывать с оружием в руках. После смерти отца в 714 году он был заключен мачехой Плектрудой в тюрьму, откуда смог бежать в следующем году. К тому времени он был уже достаточно известным военным вождем франков Австразии, где был популярен среди свободных крестьян и средних землевладельцев. Они и стали его главной опорой в междоусобной борьбе за власть во Франкском государстве.

    Утвердившись в Австразии, Карл Пипин начал силой оружия и дипломатией укреплять положение дома Пипинов на землях франков. После ожесточенного противоборства со своими противниками он стал в 715 году майордомом Франкского государства и правил им от имени малолетнего короля Теодорика. Утвердившись у королевского престола, Карл начал серию военных походов за пределы Австразии.

    Возвышение Карла Мартелла во Франкском государстве началось с военных побед над теми феодалами, которые пытались оспаривать у него верховную власть. Он одержал победы в битвах на реке Амблев (близ города Мальмеди на территории современной Бельгии) и при Венси (около современного французского города Камбре).

    В 719 году Карл Мартелл одержал блестящую победу над нейстрийцами, во главе которых стоял один из его противников майордом Рагенфрид, чьим союзником являлся правитель Аквитании граф Эд (в 721 году он в битве под Тулузой разгромил мусульманскую армию правителя Испании вали Ас-Самха). В битве при Сауссоне франкский правитель обратил неприятельское войско в бегство. Выдав Рагенфрида, графу Эду удалось заключить с Карлом Мартеллом временный мир. Вскоре франки заняли города Париж и Орлеан.

    Не забыл Карл Мартелл и своего заклятого врага — мачеху Плектруду, имевшую собственное и немалое войско. Он начал с ней войну и принудил мачеху сдать ему богатый торговый, хорошо укрепленный город Кельн на берегах Рейна.

    В 725 и 728 годах майордом Карл Пипин совершил два больших военных похода против баварцев и в конце концов подчинил их себе. Затем последовали походы в Алеманию и Аквитанию, в Тюрингию и Фризию.

    В европейской истории древнего мира полководец Карл Мартелл прославился прежде всего войнами против завоевателей-арабов, которые в 720 году перешли Пиренейские горы и вторглись на территорию современной Франции. Арабское войско взяло приступом хорошо укрепленную Нарбонну и осадило большой город Тулузу. Граф Эд был разбит, и ему пришлось с остатками своего войска искать прибежище в Австразии.

    Вскоре арабская конница появилась на полях Септимании и Бургундии и достигла даже левого берега реки Роны, войдя в земли собственно франков. Так на полях Западной Европы вызрело крупное столкновение между мусульманским и христианским миром. Арабские полководцы, перейдя через Пиренеи, имели большие завоевательные планы в Европе.

    Карл Пипин понял всю опасность вторжения из-за Пиренеев арабов-мавров, которые к тому времени успели покорить почти все испанские области. Их войска постоянно пополнялись новыми силами, приходившими через Гибралтарский пролив из Магриба — Северной Африки (территории современных Марокко, Алжира и Туниса). Арабские военачальники славились своим военным искусством, а их воины были прекрасными наездниками и лучниками. Войско арабов было частично укомплектовано североафриканскими кочевниками-берберами, поэтому в Испании арабов называли маврами.

    В 732 году Карл Пипин, прервав военную кампанию в верховьях Дуная, собрал большое ополчение австразийцев, нейстрийцев и прирейнских племен. Причина сбора общефранкского войска была серьезна — в начале того года войско арабов, по чрезмерно преувеличенным данным европейских хронистов, насчитывавшее 400 тысяч человек (по ряду сведений, всего 50 тысяч человек), перешло Пиренеи, вторглось в Галлию, разграбило город Бордо, захватило город-крепость Пуатье и двинулось к городу Туру.

    Франкский полководец решительно двинулся навстречу арабской армии, стремясь упредить ее появление перед крепостными стенами Тура. Он уже знал, что арабами командует опытный Абдеррахман ибн Абдиллах и что его войско значительно превосходит ополчение франков, которое, по данным тех же европейских хронистов, насчитывало всего 30 тысяч воинов.

    Франки и их союзники преградили арабской армии путь к Туру в том месте, где старая римская дорога пересекала реку Вьену, через которую был построен мост. Вблизи располагался город Пуатье, по имени которого и было названо сражение, состоявшееся 10 октября 732 года. Битва длилась несколько дней: по арабским хроникам — два, по христианским — семь дней.

    Зная, что в войске противника преобладает легкая конница и много лучников, майордом Карл Пипин решил дать арабам, которые на полях Европы придерживались активной наступательной тактики, оборонительный бой. Тем более что холмистая местность затрудняла действия больших масс конницы. Франкское войско было построено для битвы между реками Клен и Вьена, которые своими берегами хорошо прикрывали его фланги. Основу боевого порядка составляла пехота, построенная плотной фалангой. На флангах разместилась тяжеловооруженная на рыцарский манер конница. Правым флангом командовал граф Эд.

    Подойдя к реке Вьен, арабская армия, не ввязываясь сразу в сражение, раскинула недалеко от франков свой походный лагерь. Абдеррахман ибн Абдиллах сразу понял, что противник занимает очень сильную позицию и его невозможно охватить легкой конницей с флангов. Арабы несколько дней не решались атаковать противника, выжидая удобного случая для нанесения удара. Однако Карл Пипин не двигался с места, терпеливо ожидая вражеского нападения.

    В конце концов арабский предводитель решился начать сражение и построил свое войско в боевой, расчлененный порядок. Он состоял из привычных для арабов боевых линий: конные лучники составили «Утро псового лая», затем шли «День помощи», «Вечер потрясения», «Аль-Ансари» и «Аль-Мугаджери». Резерв арабов, предназначенный для развития победы, находился под личным командованием Абдеррахмана ибн Абдиллаха и назывался «Знамя пророка».

    Сражение при Пуатье началось с обстрелов франкской фаланги арабскими конными лучниками, которым противник отвечал стрельбой из арбалетов и больших луков. После этого арабская конница атаковала позиции франков. Франкская пехота успешно отражала атаку за атакой, неприятельская легкая конница так и не могла пробить брешь в их плотном строю.

    Испанский хронист, современник битвы при Пуатье, писал, что франки «тесно стояли друг с другом, насколько хватало глаз, подобно неподвижной и обледенелой стене, и ожесточенно бились, поражая арабов мечами».

    После того как пехота франков отразила все атаки арабов, которые линия за линией, в некотором расстройстве откатывались на исходные позиции, Карл Пипин незамедлительно приказал стоявшей пока в бездействии рыцарской коннице пойти в контратаку в направлении вражеского походного лагеря, расположенного за правым флангом боевого построения арабского войска.

    Франкские рыцари под предводительством Эда Аквитанского нанесли с флангов два таранных удара, опрокинув противостоявшую им легкую конницу, устремились к арабскому походному лагерю и овладели им. Арабы, деморализованные известием о смерти своего вождя, не смогли сдержать натиск противника и бежали с поля битвы. Франки преследовали их и нанесли им немалый урон. На этом сражение близ Пуатье завершилось.

    Классическое описание этой битвы принадлежит перу Исидора Паценсия, приведенное Буке в «Антологии трудов историков Галлии и Франции». В свободном и драматическом переводе оно выглядит следующим образом:

    «Северяне замерли стеной, словно воедино смерзшиеся фигуры, изваянные изо льда, и этот лед не способен был растаять, даже когда они своими мечами разили арабов. Железнорукие гиганты-австразийцы смело врубались в гущу битвы, и это они нашли и сразили короля сарацинов».

    Это сражение имело очень важные последствия. Победа майордома Карла Мартелла положила конец дальнейшему продвижению арабов в Европе. После поражения при Пуатье арабская армия, прикрывшись отрядами легкой конницы, покинула французскую территорию и без дальнейших боевых потерь ушла через горы в Испанию.

    Но перед тем, как арабы окончательно покинули юг современной Франции, Карл Пипин нанес им еще одно поражение — на реке Берр к югу от города Нарбонны. Правда, это сражение не относилось к числу решающих.

    Победа над арабами прославила полководца франков. С тех пор он стал называться Карлом Мартеллом. Сражение при Пуатье известно еще и тем, что оно было одним из первых, когда на поле битвы вышла многочисленная тяжелая рыцарская конница. Именно она своим ударом обеспечила франкам полную победу над арабами. Теперь не только всадники, но и лошади были покрыты металлическими доспехами.

    Победа в битве при Пуатье была самой значительной в полководческой биографии Карла Мартелла. После нее он одержал еще несколько больших побед. В 736 году войско франков под его командованием совершило удачный поход в Бургундию и принудило ее силой оружия признать над собой власть Франкского королевства. Превращение Бургундии в вассала стало серьезным территориальным приобретение майордома из рода Каролингов.

    Затем Карл Мартелл завоевал области на юге Франции. Он решительно подавил восстание против господства франков в Провансе. После этого установил свою власть дальше к югу, вплоть до города Марселя. Местное население было обложено данью, а на их землях было расселено немало свободных франков, которые силой своего оружия обеспечивали порядок и послушание власти короля, или, точнее, майордома.

    Карл Мартелл покровительствовал распространению христианства среди племен язычников. Однако католическое духовенство в его государстве не любило короля, так как для укрепления страны Карл Мартелл конфисковал часть церковных земель и раздал их франкской знати в бенефиции — в пожизненное пользование на условиях обязательного несения королевской военной службы. Так в стране вольных франков с «легкой руки» Карла Мартелла стали появляться феодалы.

    От римского папы Григория III победитель арабов получил почетный сан римского «патриция» — то есть охранителя Рима. Однако когда римский папа начал вооруженную борьбу против лангобардов, «патриций» Карл Мартелл не оказал ему военной помощи, поскольку был занят другими государственными делами.

    При Карле Пипине Мартелле военное искусство франков получило дальнейшее развитие. Это было связано прежде всего с появлением тяжеловооруженной конницы франкской знати — ставшей в недалеком будущем рыцарской. Однако при нем основой боевой мощи армии продолжала оставаться пехота, состоявшая из свободных крестьян. В то время, когда военнообязанными являлись все мужчины королевства, способные носить оружие.

    Организационно войско франков делилось на сотни, или, иначе говоря, на такое количество крестьянских дворов, которые могли в военное время выставить в ополчение сто пеших воинов. Крестьянские общины сами регулировали воинскую повинность. Каждый франкский воин вооружался и снаряжался за свой счет. Качество оружия проверялось на смотрах, которые проводил король или по его поручению военачальники-графы. Если оружие воина находилось в неудовлетворительном состоянии, то он подвергался наказанию. Известен случай, когда король убил воина во время одного из таких смотров за плохое содержание личного оружия.

    Национальным оружием франков была франциска — секира с одним или двумя лезвиями, к которой была привязана веревка. Франки ловко бросали секиры на врага на близких дистанциях. Для ближнего рукопашного боя они применяли мечи. Кроме франциск и мечей франки вооружались еще короткими копьями — ангонами с зубцами на длинном и остром наконечнике. Зубцы ангона имели обратное направление и поэтому вынуть его из раны было очень трудно. В бою воин сперва метал ангон, который вонзался в щит противника (преимущественно деревянный), а затем наступал на древко копья и тем самым оттягивал щит и поражал врага тяжелым мечом. Многие воины имели лук и стрелы, которые иногда пропитывались ядом.

    Единственным защитным вооружением франкского воина во времена Карла Мартелла являлся щит круглой или овальной формы. Только богатые воины имели шлемы и кольчуги, поскольку изделия из металла стоили больших денег. Часть вооружения франкского войска являлась военной добычей.

    Карл Мартелл значительно укрепил военную мощь Франкского королевства. Однако он стоял только на пороге подлинного исторического величия государства франков. Его внук Карл Великий достиг наивысшего могущества, став императором Священной Римской империи.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:58:55 | Сообщение # 8
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума


    Отцом княжича Святослава был киевский князь Игорь, постоянно воевавший с Диким полем, где кочевали воинственные печенеги, и ходивший в походы против Византийской империи на ее столицу Константинополь, называвшийся на Руси Царьградом. Матерью Святослава была княгиня Ольга, родом из Пскова.

    В трехлетнем возрасте Святослав потерял отца — князь Игорь нарушил правила сбора дани (полюдье) с подвластного Киеву славянского племени древлян и был ими убит. Случилось это в 945 году. Овдовевшая княгиня Ольга решила отомстить древлянам за убийство мужа и в следующем году направила княжескую дружину в их земли. По древнерусской традиции, войско, уходившее в поход, должен был возглавлять сам князь. Так Святослав в свои 4 года под опекой опытного отцовского воеводы варяга Свенельда участвовал в первом ратном деле. Княгиня Ольга жестоко наказала древлян: их войско было разбито, а город Искоростень сожжен.

    После этого имя князя Святослава не упоминалось в древнерусских летописях почти десять лет. Это и понятно — Киевской Русью безраздельно правила его мать, княгиня Ольга. А юный князь в это время познавал бранную науку под зорким присмотром своего воспитателя Асмуда и воеводы Свенельда.

    Русские летописцы рисуют князя Святослава Игоревича, сына княгини Ольги, как молодого, удачливого и отважного воителя:

    «Князь Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых, и легко ходил в походах, как пардус (барс, рысь — звери, отличающиеся быстротой нападения и бесстрашием), и много воевал. В походах же не возил за собою ни возов, ни котлов, не варил мяса, тонко нарезав конину, или зверину, или говядину и зажарив на углях, так ел. Не имел он и шатра, но спал, подстелив потник, с седлом в головах, такими же были и все прочие его воины. И посылал в иные земли со словами: "Иду на вы!"»

    В X веке Киевская Русь еще только складывалась как государство. В нее вливались племена восточных славян: поляне и северяне, древляне и радимичи, кривичи и дреговичи, уличи и тиверцы, словены и вятичи. Их лучшие воины переходили на службу в дружину киевского князя, забывая свой род и племенные обычаи.

    Военный гений князя Святослава дал не только силу и могущество Русской земле, но и вывел ее на широкую дорогу мировой истории. Соседи признали Русь могучим государством.

    «Походы Святослава 965–968 годов представляют собой как бы единый сабельный удар, прочертивший на карте Европы широкий полукруг от Среднего Поволжья до Каспия и далее по Северному Кавказу и Причерноморью до Балканских земель Византии, — пишет академик Б.А. Рыбаков. — Побеждена была Волжская Болгария, полностью разгромлена Хазария, ослаблена и запугана Византия, бросившая все свои силы на борьбу с могучим и стремительным полководцем. Замки, запиравшие торговые пути русов, были сбиты. Русь получила возможность вести широкую торговлю с Востоком. В двух концах Русского (Черного) моря возникли военно-торговые форпосты — Тмутаракань на востоке у Керченского пролива и Переяславец на западе близ устья Дуная. Святослав стремился приблизить свою столицу к жизненно важным центрам X века и придвинул ее вплотную к границе одного из крупнейших государств тогдашнего мира — Византии. Во всех этих действиях мы видим руку полководца и государственного деятеля, заинтересованного в возвышении Руси и упрочении ее международного положения. Серия походов Святослава была мудро задумана и блестяще осуществлена».

    В 964 году князь Святослав Игоревич совершил свой первый поход — на земли славянского племени вятичей, плативших дань Хазарскому каганату. Вятичи заселяли лесистое междуречье Оки и Волги. Пробыв у них всю зиму, Святослав добился своего — они перестали платить дань хазарам и подчинились Киеву.

    Весной следующего 965 года Святослав отправил хазарскому кагану свое знаменитое историческое послание: «Иду на вы!» Хазарский каганат в то время занимал территорию Северного Кавказа, Приазовья и Донских степей и представлял для Руси большую опасность, поскольку постоянно находился в состоянии войны с ней. Археологи раскопали более десятка хазарских крепостей на берегах Дона, Северского Донца и Оскола — все они располагались на правом, западном — то есть русском — берегу. Следовательно, крепости предназначались не для обороны границы, а служили базами для нападения на Русь. Во времена Святослава Хазария постоянно находилась в состоянии войны с Русью.

    Пройдя по реке Оке на Волгу, а затем двигаясь вниз по великой реке, через земли волжских булгар — данников хазар, — Святослав вступил во владения Хазарского каганата. Главная битва русской рати с хазарами произошла где-то в низовьях Волги, на ближних подступах к столице каганата Итилю. Русские шли туда на судах, а русская и союзная печенежская конница — вдоль берега Волги. Хазарский царь (каган) Иосиф успел собрать огромное войско. В сражении хазары выстроились в четыре боевые линии. Первая линия называлась «Утро псового лая», вторая — «День помощи», третья — «Вечер потрясения» и четвертая — «Знамение пророка», или, как ее называли сами хазары, «Солнце кагана».

    Русская рать наступала клином устрашающе медленно для хазар. На острие клина шли богатырского роста воины в железных панцирях и шлемах, с секирами в руках. За ними — вся пешая рать. Конница — княжеская дружина и печенеги — держались на флангах. Хазарский царь приказал трубачам играть сигнал атаки. Однако четыре боевые линии войска кагана, одна за другой накатываясь на русичей, ничего не могли сделать. В конце концов хазары стали разбегаться, открывая дорогу к своей столице. (Некоторые историки считают, что в той битве под стенами Итиля был убит сам каган.)

    Летописец о победе князя Святослава говорит просто: «Одолел хазар». Русские вошли в огромный опустевший город — его жители бежали или в степь, или укрылись на многочисленных островах волжского устья и Хвалынского (Каспийского) моря. Часть беглецов укрылась даже на Апшеронском полуострове и Мангышлаке. Победителям досталась богатая добыча, которую грузили на караваны верблюдов. Город дограбили печенеги, которые затем и подожгли его.

    Дальше князь Святослав повел свое войско вдоль берега Хвалынского моря на юг, к древней столице Хазарии городу Семендеру (вблизи современной Махачкалы). Там правил собственный царь Салифан из арабского рода Кахвана. Он решил дать сражение русичам, но его войско было разбито и рассеялось в окрестных горах. Туда же с ценностями бежали царь, его вельможи и горожане. Так что победители богатой добычи в Семендере не захватили.

    От Семендера войско Святослава продолжило поход по предгорьям Северного Кавказа. По пути были разбиты аланские и касожские рати. Новое столкновение с хазарами произошло у сильной крепости Семикара, построенной для защиты сухопутного пути к устью реки Дон. Ее пришлось брать копьем. Святослав вел русскую рать только по одному ему известному замыслу. По пути захватывались табуны свежих коней для обоза. Близился край хазарских владений и побережье Сурожского (Азовского) моря.

    Сильные неприятельские приморские крепости Таматарха (по-русски — Тмутаракань) и Корчев (современная Керчь) сдались Святославу без боя. Жители этих городов восстали и с оружием в руках изгнали хазарские гарнизоны. В этих городах большая часть добычи, в том числе много плененных хазар, была продана за золото и серебро. Свою часть добычи получили и союзники-печенеги, которые после этого ушли в свои кочевья.

    Итак, Святослав совершил беспрецедентный для той эпохи военный поход, преодолев несколько тысяч километров, захватив целый ряд крепостей и разгромив не одно сильное неприятельское войско. С карты Европы исчезла огромная Хазарская держава и были расчищены торговые пути на Восток. От каганата в целости оставалась только его часть, прилегавшая к реке Дон. Здесь находилась одна из сильнейших хазарских крепостей — Саркел (Белая Вежа).

    У князя Святослава была прекрасная возможность овладеть богатым византийским городом Херсонесом в Крыму, но он решил окончательно добить Хазарский каганат. Путь на Русь для его войска шел через Саркел, что в переводе с хазарского означало «Белый дом». В крепости укрылись остатки неприятельского войска во главе с царем Иосифом.

    Саркел был взят штурмом с использованием лестниц, тарана и катапульт, которые построили для русичей византийские мастера. Рвы были засыпаны землей и всем, что годилось для этого дела. Когда русские воины пошли на приступ, их лучники засыпали крепостные стены тысячами стрел. Последней схваткой стало овладение одной из башен цитадели, в которой засел царь Иосиф со своими телохранителями. Пощады не было никому. Саркел был разрушен.

    Князь Святослав со славой и богатой добычей возвратился в стольный град Киев, где от его имени правила его мать, княгиня Ольга. Однако государственные дела его мало интересовали — он видел себя только на военном поприще. На сей раз князь задумал начать большую войну против могущественнейшей Византийской империи. Но сначала предпринял поход на греческий город Херсонес (Корсунь), закрывавший путь русским купцам в Черное море.

    Военные приготовления в Киеве не стали секретом ни для жителей Херсонеса, ни для Константинополя. Византийский император Никифор II Фока решил откупиться от воинственных русичей. Он послал к князю Святославу знатного херсонесца патрикия Калокира с огромными дарами — 15 центинариями (около 450 килограммов) золота.

    Целью дипломатической миссии Калокира было перенацеливание направления русского войска на дунайские берега, на Болгарское царство. Его царь Симеон, бывший пленник императора, успешно воевал с Византией. Однако внезапная смерть не позволила ему довершить разгром ненавистной ему империи. Хотя новый болгарский царь Петр Короткий не представлял серьезной угрозы для Константинополя, там все же решили избавиться от возможного противника силами русичей.

    Однако у князя Святослава были собственные планы. Он решил раздвинуть границы Руси, сделать Болгарию союзницей в предстоящей войне с Византией и задумал даже перенести свою столицу из Киева на берега Дуная по примеру князя Олега, перебравшегося в Киев из Новгорода.

    Византийский император Никифор II Фока торжествовал, когда узнал, что русский князь согласился выступить в поход против Болгарского царства. Один из самых знаменитых в истории правителей Византии, искуснейший дипломат своего времени вел со Святославом тройную игру:

    • во-первых, отводилась военная угроза вторжения русичей в херсонесскую фему, житницу Византийской империи;

    • во-вторых, он сталкивал лбами в военном противостоянии две самые опасные для Византии страны — Киевскую Русь и Болгарское царство;

    • в третьих, натравливал на обессиленную в войне Русь кочевников-печенегов, чтобы тем временем прибрать к своим рукам Болгарию, обессиленную в войне с Русью.

    В 967 году Святослав двинулся к берегам Дуная. Войско русичей было преимущественно пешее, в дальний поход оно выступило на ладейной флотилии, шедшей по Днепру, а затем близ морских берегов. Своей конницы у князя было мало, но зато большой конницей располагали союзники — печенеги и венгерские вожди. Численность войска Святослава в его первом болгарском походе оценивается в десять тысяч воинов.

    Ладьи беспрепятственно вошли в устье Дуная и стали подниматься вверх по течению реки. Появление войска Святослава оказалось неожиданным для болгар. Русичи сошли на дунайский берег у Переяславца. Первое же сражение с болгарским царским войском принесло победу русскому оружию. Византийский историк Лев Диакон писал: болгары «собрали и выставили против него (Святослава) фалангу в тридцать тысяч вооруженных мужей. Но тавры (русские) стремительно выпрыгнули из челнов, выставили вперед щиты, обнажили мечи и стали направо и налево поражать мисян (болгар). Те не выдержали первого же натиска, обратились в бегство и постыдным образом заперлись в безопасной крепости своей Дористол». «Дористол» на русском языке звучит как «Доростол», ныне болгарский город Силистрия.

    После этого поражения болгары больше не решались сразиться с русичами в поле. За короткий срок войско князя Святослава овладело всей Восточной Болгарией. Такой исход войны между Русью и Болгарским царством оказался полной неожиданностью для византийского императора.

    В Византии быстро осознали свою ошибку. Святослав обосновался в городе Переяславце (на месте нынешнего города Тулча в Румынии). По его выражению, там, в Переяславце на Дунае, была «середа» (середина) его земли. Этот город должен был стать столицей огромной славянской державы.

    Зиму 968/69 года Святослав провел в полюбившемся ему Переяславце. Тем временем тайное византийское посольство прибыло в кочевья печенегов и золотом, обещаниями склонило вождей степняков совершить нападение на Киев, который остался без княжеской дружины и немалого числа мужчин, способных носить оружие. Так император Никифор II Фока натравил печенегов на русские земли.

    В то время в Киеве находилась стареющая княгиня Ольга, правившая Русью за сына, и трое сыновей Святослава. Весной печенежские орды осадили Киев и стали опустошать его окрестности. Осажденным удалось послать об этом весть в Переяславец.

    Князь Святослав, казалось, сделал невозможное. Он быстро собрал свое войско, стоявшее гарнизонами по болгарским крепостям, и стремительно двинулся по Дунаю, Черноморью и Днепру к Киеву. Печенеги не ожидали столь скорого появления киевского князя на Руси — императорские посланцы уверяли их в невозможности этого. Опасность для печенегов состояла еще и в том, что князь Святослав прекрасно знал тактику своих недавних союзников.

    Конница русичей шла по степи облавой, загоняя печенежские кочевья к речным обрывам. А по Днепру шла многочисленная ладейная рать Святослава. Спасения печенегам не было, прорваться на юг удалось немногим кочевьям. Многочисленные стада и табуны прекрасных степных коней становились добычей победителей.

    Войско Святослава с триумфом вошло в Киев. Узнав о полном разгроме печенегов, византийский император Никифор II Фока еще раз приложил руку к своему знаменитому трактату под названием «О сшибках с неприятелем». В той далекой древности он был признанным теоретиком в области военного искусства.

    Святослав нашел управление Русью в должном порядке — его мать, княгиня Ольга, была мудрой правительницей. Но из Болгарии, от которой он и не думал отказываться, приходили тревожные вести, которые грозили свести на нет все успехи первого похода за Дунай.

    В самом конце 969 года неожиданно умер царь Петр Короткий. Византийцы поспешили возвести на болгарский престол его сына Бориса. Тот сразу же объявил о мире и союзе с Византийской империей. Однако новый царь не получил поддержки своих подданных: простой народ и большинство феодалов желали подчиняться князю Святославу, не посягавшему на их свободу и права.

    Святослав смог начать свой второй болгарский поход только после смерти матери, княгини Ольги, оставив править за себя сыновей Ярослава, Олега и Владимира. Распорядившись таким образом, великий воитель в августе 969 года вновь оказался на берегах Дуная. К нему стали присоединяться болгарские дружины, подошла легкая венгерская и печенежская конница. Княжеское войско двинулось к столице Болгарии. Защищать ее было некому, и царь Борис признал себя вассалом киевского князя.

    Тем временем в Константинополе произошел дворцовый переворот, и Никифор II Фока был убит заговорщиками. Новым императором стал известный полководец Иоанн Цимисхий, прославивший свое имя победами в Малой Азии. Византийцы начали переговоры со Святославом, но тот сразу отверг их главное требование — уходить из Болгарии на Русь он не собирался.

    Тогда император Иоанн Цимисхий вызвал в Константинополь самых опытных полководцев Византии: Варда Склира и победителя арабов патриция Петра и приказал им готовиться к войне против князя Святослава. Тому стало известно о военных приготовлениях византийцев, и он сам пошел в поход на Царьград.

    Весной 970 года войско русичей стремительно пересекло болгарскую землю и Балканские горы, разметав там неприятельские заслоны. Пройдя таким образом около 400 километров, оно осадило город-крепость Аркадиополь. Так война вошла в византийскую провинцию Фракию.

    Под Аркадиополем и произошла первая битва Святославова войска с византийским, которым командовал Варда Склир. Императорская армия понесла большие потери, и ее предводитель вместе с остатками своих полков закрылся в аркадиопольской крепости. А Святослав часть своих отрядов направил от осажденного ими города в соседнюю Македонию.

    Тогда император Иоанн Цимисхий перехитрил князя, дав ему большую дань. Войско русичей, их союзники болгары, венгры и печенеги покинули Фракию и Македонию. Византийская империя обрела мир… чтобы подготовиться к новой войне.

    Цимисхий со всех концов Византийской империи собрал огромную армию и на исходе марта 971 года в проливе Босфор провел смотр флоту, имевшему на вооружении так называемый «греческий огонь» — смесь смолы, серы и нефти. Перед византийским огненосным флотом была поставлена задача блокировать устье Дуная, чтобы отрезать ладейному флоту русичей путь к отступлению.

    Весной 971 года император во главе двух тысяч «бессмертных» торжественно выступил в поход из своей столицы. В Адрианополе его поджидала огромная византийская армия. Быстро преодолев Балканские горы, императорские полки неожиданно оказались перед стенами болгарской столицы Преславы и осадили ее. В городе находился отряд русичей под командованием воеводы Свенельда. Вместе с болгарскими дружинниками число защитников города составляло всего 8,5 тысяч человек. Византийцы попытались с ходу взять крепость, но были отбиты. Тогда в ход пошли камнеметные машины, которые обрушили на городские стены огромные камни и горшки с «греческим огнем». Через два дня осаждавшие ворвались в пылающий город. Вырваться из Преславы удалось только дружине воеводы Свенельда и немногим болгарским воинам. Царь Борис с семьей попал в плен.

    23 апреля император Иоанн Цимисхий, совершив стремительный марш, подошел к городу-крепости Доростолу. Однако первую битву под его стенами русичи у византийцев выиграли, уничтожив из засады большой передовой отряд малоазиатских всадников. Но это не остановило императорскую армию, размеренным шагом выходившую на большую равнину перед Доростолом.

    Однако там византийцев уже поджидали русичи: пешие воины опоясали крепостные стены плотным строем, прикрывшись червлеными щитами и выставив вперед копья. Иоанн Цимисхий согласился на битву, приказав начать общую атаку. Однако воины Святослава сумели отразить даже таранный удар тяжеловооруженной панцирной византийской конницы. Пробить строй русской пехоты она не смогла. На этом битва закончилась: византийцы отошли в свой лагерь, русичи — за крепостные стены.

    Началась осада Доростола, вокруг которого византийцы выкопали глубокий ров и насыпали высокий вал, в котором были устроены ворота. Лев Диакон сообщает о силах сторон во время осады Доростола: у русичей было 37–40 тысяч воинов, у византийцев (греков) — 45–60 тысяч. Однако число осажденных каждодневно сокращалось, тогда как к императору постоянно подходили свежие подкрепления, и его армия не испытывала нужды в продовольствии.

    Осада Доростола длилась с 24 апреля по 22 июня 971 года. За это время осажденные потеряли погибшими и умершими от болезней 15 тысяч человек, а их противник — 15–20 тысяч убитыми в многочисленных схватках под крепостными стенами.

    Положение осажденных особенно ухудшилось, когда по Дунаю к Доростолу подошел многочисленный неприятельский флот. Русичи, чтобы спасти свои ладьи от «греческого огня», перенесли их на руках под самые крепостные стены и оставили их там под защитой лучников.

    На третий день осады, 26 апреля, князь Святослав вновь вывел свое войско в поле. Русичи бились в пешем строю и простояли на равнине всю ночь, однако византийцы не решились продолжить сражение. Через два дня к Доростолу подошли обозы с баллистами и катапультами, метавшими на большие расстояния камни, бревна, тяжелые стрелы и глиняные горшки с «греческим огнем». Однако пододвинуть тяжелые метательные машины под крепостные стены византийцам не удалось: русичи за одну ночь выкопали на их пути широкий и глубокий ров.

    Осада крепости затягивалась; в крепости осталось мало продовольствия и появилось много больных. В полдень 19 июня воины Святослава совершили неожиданную вылазку из крепости (императорская армия отдыхала после сытного обеда) и изрубили множество баллист и катапульт, так досаждавших им. На следующий день они вновь вышли из крепости и в бою нанесли немалый урон панцирной коннице катафрактов.

    Последнее сражение под стенами Доростола произошло 22 июня. Князь Святослав приказал запереть за собой ворота, чтобы никто без его приказа в случае поражения не мог укрыться за крепостными стенами. Удар пешего войска русичей был столь силен, что византийская армия стала отступать к осадному лагерю. В такой критической ситуации император Иоанн Цимисхий лично повел в атаку полк «бессмертных», лучшую часть его армии. Сражение прекратилось самым неожиданным образом — разразилась сильная гроза, поднялся шквальный ветер и начался ливень. Русичи, забросив за спину щиты, по сигналу трубы возвратились в крепость.

    После этой демонстрации силы русского войска князь Святослав на следующий день начал переговоры с императором Иоанном Цимисхием. Византийцы были рады такому исходу войны: русичи по своей воле покидали Болгарию и уходили на Русь, обеспеченные на обратный путь продовольствием. Было выдано по две меры хлеба на каждого из 22 тысяч русского воина.

    Условия ухода русского войска с берегов Дуная были почетными. Однако, прежде чем князь Святослав оказался в устье Дуная, в кочевья печенегов прибыл полномочный посол византийского императора епископ Феофил. Он хорошо заплатил степным вождям за нападение на возвращавшегося на Русь князя Святослава.

    Приплыв на ладьях на «острова Русов» в устье Дуная, войско Святослава разделилось. Конную дружину возглавил воевода варяг Свенельд, и она двинулась по степям и лесам в Киев. Воевода Свенельд убеждал Святослава: «Обойди, князь, пороги на конях, ибо стоят у порогов печенеги». Но гордый воитель не захотел обходить опасность.

    Ладейный флот двинулся вверх по Днепру, имея на судах большое число раненых и больных воинов. У днепровских порогов Святослав понял, что ему не прорваться через печенежскую конницу. И он приказал повернуть назад, чтобы перезимовать на островах в Белобережье. Но зимовка выпала очень тяжелой — питаться приходилось преимущественно одной рыбой без соли.

    Весной 972 года князь вместе с оставшимися в живых после зимовки воинами вновь двинулся вверх по Днепру. Воеводу Свенельда с обозами и конными дружинами он так и не дождался. На днепровских порогах Святослава уже поджидали печенеги во главе со своим князем Курей. Подробности последнего боя Святослава Игоревича истории неизвестны: у порогов вместе с ним пали все его дружинники.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 21:59:35 | Сообщение # 9
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Полководец и государственный деятель Древней Руси, князь смоленский (с 1067 года), черниговский (с 1078 года), переяславский (с 1093 года), великий князь киевский (с 1113 года).



    Внук Ярослава Мудрого, сын князя Всеволода Ярославича — одна из самых ярких личностей в древнерусской истории. Мать его была дочерью византийского императора Константина Мономаха (отсюда его историческое прозвище — Мономах, по деду).

    Всю свою долгую жизнь Владимир Мономах посвятил объединению Русской земли и защите ее от постоянных набегов половцев. Под этим названием, а также под именем команов (у византийцев), кунов (у венгров), кипчаков (у грузин) этот кочевой народ, обитавший в южнорусских степях, встречается в древнерусских летописях, в польских, чешских, венгерских, немецких, византийских, грузинских, армянских, арабских и персидских письменных источниках.

    Воевать с ними Владимир Мономах начал, когда получил в удельное правление порубежное Переяславльское княжество, стоявшее на краю Дикого поля, или, как его тогда называли на протяжении целого столетия — Половецкой степи.

    Отечественная история донесла до нас горестные цифры: с зимы 1061 года по 1210-й половцы совершили 46 только больших набегов на Русь, не считая малых. Больше всего от них досталось приграничной Переяславльской земле. Девятнадцать раз половецкие орды волной накатывались на это княжество, прикрывавшее собой без малого пол-Руси. Для сравнения скажем, что на Поросье (область на реке Рось) пришлось 12 набегов. На Северскую землю — 7. На Киевское княжество и на Рязанщину — по 4. На Черниговщину, земли Белой Руси и другие области врагу приходилось прорываться через Переяславльское княжество. Набеги же степных хищников малыми силами в древнерусские летописи просто не записывались. Деревушка — не город, село — не посад. Да и много ли летописей Древней Руси дошло до наших дней.

    Чтобы понять истинную роль Владимира Мономаха в борьбе с половцами на рубеже XI–XII столетий, достаточно упомянуть о военных походах, совершенных им в неутихавшей войне с Диким полем. Немногие князья-ратоборцы в отечественной истории имеют подобный послужной список:

    • поход 1078 года, когда юный князь шел из города-крепости Смоленска на помощь отцу князю Всеволоду и по дороге с жаркими боями пробивался через вторгшиеся на Русскую землю половецкие полки;

    • битва в том же году на Нежатинской ниве с князьями-недругами Борисом Вячеславовичем и Олегом Святославовичем, в войсках которых находились и многочисленные наемные половецкие отряды;

    • сражения на берегах реки Десны и за Новгород-Северским («за Новым Городом»), в результате которых в плен попали половецкие ханы Асадук и Саук, разгромлена конница хана Белкатчина и отбит большой полон, захваченный степняками в разоренных землях под городом Стародубом;

    • поход против половецких кочевий — веж за порубежную реку Хорол в 1083 году;

    • переход за реку Супой, во время которого по дороге к Прилукам произошла кровопролитная битва с половцами. На следующий день князь Владимир Мономах во главе переяславльской дружины пошел к Белой Веже, где нанес противнику большое поражение. Возможно, речь в древнерусских летописях здесь идет о двух разных походах в порубежье: на Супой и к Прилукам;

    • поход против половцев, прорвавшихся через защищенное заставами порубежье на город Святославль;

    • поход на пограничный город Торческ, подвергшийся внезапному нападению орды степняков и оказавшийся в осаде;

    • поход на город Юрьев, по которому из Дикого поля был нанесен сильнейший удар половецкой конницей;

    • ожесточенное и кровопролитное сражение с половецкими ханами-союзниками у Халепа;

    • сражение с половецкой ордой близ Варина, где княжеские дружинники захватили половецкие вежи;

    • жестокий бой со степной конницей в 1093 году на пограничной реке Стугне, в результате которого было предотвращено большое вражеское вторжение на русские земли;

    • большое сражение в 1094 году у Чернигова с князем Олегом Святославовичем, который пришел на Черниговщину с «половечьскою землею». Впоследствии этот князь не раз наводил на Русь степные орды (не случайно в «Слове о полку Игореве» он назван Олегом Гориславичем);

    • отступление с поредевшей в боях дружиной из Чернигова в родной город-крепость Переяславль «сквозь полки половечьские», которые пытались окружить князя Владимира Мономаха и его воинов;

    • избиение под стенами Переяславля личных дружин половецких ханов Итларя и Китана в 1095 году;

    • поход за Римов (пограничный городок в Посулье, сожженный во время нападения войском хана Боняка) в том же году;

    • поход на половецкие вежи, кочевавшие в опасной близости от русского приграничья за рекой Голтвой;

    • совместный поход с князем Святополком Изяславичем на хана Боняка за реку Рось на Бог (к реке Буг или к Богуславлю, стоящему и ныне на реке Рось);

    • поход против кочевников-торков и половецких веж за пограничную реку Сулу;

    • упорная погоня с князем Святополком Киевским за ханом Боняком (очевидно, в 1096 году, когда половецкое войско прорвалось через порубежье и напало на стольный град Киев);

    • другая погоня за войском хана Боняка, совершившего внезапное нападение на приграничные русские земли, за ту же реку Рось в степное приграничье, но на сей раз княжеские конные дружины зашли глубже в Дикое поле;

    • поход на вежи хана Боняка, одного из самых «злокозненных» степных правителей, из Переяславля за реку Сулу;

    • первый большой поход из приграничья на вежи хана Урубу (Урусобу) к реке Молочной в 1103 году, что стало для степняков полной неожиданностью;

    • еще один поход на половецкое войско хана Боняка к пограничному городу-крепости Лубну;

    • большой поход против половцев в 1110 году к Воиню — русскому городку на Днепре — в союзе с князьями Святополком и Давидом Святославичами;

    • большой степной поход 1111 года с киевским князем Святополком и другими русскими князьями-союзниками к половецким городам Шарукани и Сугрову; тогда русская рать за 22 дня проделала путь в 500 километров и оказалась в донских степях, самом центре половецких кочевий;

    • большой поход 1113 года к Ромну и в Посульское пограничье с Олегом Черниговским и другими союзными князьями против могущественных степных ханов Боняка и Аепы.

    По подсчетам историка С.М. Соловьева, еще в княжение своего отца Владимир Мономах одержал над половцами 12 побед в сражениях. Почти все — на степном порубежье Русской земли.

    Мономах стремился к единению Древней Руси, а произойти это могло только с прекращением княжеских междоусобиц, истощавших военные силы русских. Это удавалось ему далеко не всегда, а если получалось, то на непродолжительное время. Порой ему приходилось вооруженной рукой, в союзе с другими князьями, наказывать ослушников. Но все это делалось не с целью расширения собственных владений, а для укрепления русских княжеств перед общей опасностью в лице Дикого поля.

    В период правления в стольном граде Киеве Владимиру Мономаху удалось объединить вокруг себя большую часть Русской земли. На княжеском съезде в городе Любече, состоявшемся осенью 1097 года (по летописи — «в год 6605»), Мономах убедил крупнейших русских князей объединить дружины для борьбы с половецкой опасностью и «устроить мир» на земле Отчизны, прекратив междоусобицы. Он явился организатором и вдохновителем целого ряда совместных походов русских князей против половцев. Самыми большими из них были походы 1103, 1107, 1111 годов.

    В постоянной борьбе с Диким полем великий ратоборец Русской земли показал себя выдающимся тактиком и стратегом. Он основательно изучил характер набегов половцев на Русь и пришел к выводу, что эти набеги нужно упреждать. Кочевники обычно нападали на русские княжества в самом начале лета. Мономах же предложил совершать походы в степь ранней весной, когда после зимней бескормицы половецкие кони еще не набрали силы. Он же предложил громить половцев не в приграничье, а на территории их родовых кочевий.

    Первый крупный дальний поход русской рати состоялся в 1103 году после Долобского совета князей. Владимир Мономах выступил в поход вместе с князем Святополком Киевским. Их войско состояло из конницы, которая шла берегом Днепра, и пеших воев, плывших на ладьях. В районе острова Хортица пешие ратники высадились на берег и вместе с конниками двинулись в степь. Русское войско за четыре дня прошло примерно 100 километров. Впереди двигался большой отряд — «сторожа», который выполнял функции сторожевого охранения и разведки.

    Когда о движении русских полков стало известно в половецких вежах, ханы собрались на «съезд», чтобы обсудить такое небывалое дело — противник зашел в глубь Дикого поля. Ханы решили разбить русскую рать и затем незамедлительно совершить большой набег на Русь.

    Первое большое сражение с кочевниками произошло в урочище Сутень. Русская «сторожа» окружила здесь и уничтожила большой половецкий отряд во главе с ханом Алтунопой. Так половцев впервые разбили на их собственной земле.

    Битва же с главными силами степного народа состоялась утром 4 апреля на реке Молочной. Летописец так описывает ее пролог: «И двинулись полки половецкие, как лес, конца им не было видно; и Русь пошла им навстречу».

    Сражение, как и ожидалось, началось яростными атаками несметной половецкой конницы, но русские ряды не дрогнули. Пешая рать, составлявшая «чело» (расположенная в центре), не позволила половецкой коннице разорвать себя и притянула к себе главные силы врага. Княжеские конные дружины, стоявшие на флангах («крыльях») начали разгром войска ханов. После жаркой сечи половцы обратились в бегство, русская конница преследовала противника, кони которого после зимовки потеряли прежнюю резвость. В той битве погибли 20 половецких ханов.

    От такого удара половецкие орды не сразу пришли в себя. В мае 1107 года степняки во главе с ханами Боняком и Шаруканом совершили набег на окрестности порубежного города-крепости Переяславля. В августе они повторили набег и дошли до реки Суды близ Лубеня. Владимир Мономах вновь поднял русских князей на совместный поход и внезапно обрушился на походный стан кочевников. Половцы не успели даже выстроиться для битвы. Захватив большой полон, русские дружины «с победой великой» вернулись домой.

    Чтобы обезопасить Русь от разорительных набегов половцев, Владимир Мономах использовал не только военную силу, но и прибегал к дипломатическим приемам. Он женил двух из своих сыновей — Юрия, будущего Долгорукого, и Андрея — на дочерях знатных половецких ханов. Так поступали и другие удельные князья. Однако и это не удержало степные орды от набегов на северных соседей.

    Тогда Владимир Мономах задумал совершить сверхдальний поход в Половецкую степь, выйти к Дону и там разгромить те половецкие вежи (кочевья), которые до сих пор избегали удара русских дружин. Этот поход состоялся в 1111 году, в конце февраля, когда степь находилась еще под снегом. Пешие русские ратники выступили в дальнюю дорогу на санях. На санях же везли тяжелое оружие и корм для коней.

    Маршрут объединенного войска нескольких русских князей пролегал в стороне от ближайших к границам Руси кочевий, что обеспечило скрытность похода. В конце марта русское войско вышло на берега реки Северский Донец и взяло половецкие городки Шарукань и Сугров, освободив здесь много пленников.

    Появление многотысячной русской рати в самом центре Дикого поля заставило половецких ханов соединиться в одно огромное конное войско. Произошло два больших сражения. Второе из них, состоявшееся 27 марта на берегах Днепра, отличалось необычной ожесточенностью. Владимир Мономах выстроил русские полки в привычный боевой порядок: пешие воины стали в центре, а княжеские конные дружины — на флангах (крыльях). Они составляли одну боевую линию. Но на сей раз древнерусский полководец поставил и вторую линию — ее составили полки самого Мономаха и черниговского князя Давыда Святославича. Половецкая конница всей массой обрушилась на первую линию русских воев. Однако теснота на поле битвы не позволяла им вести прицельную стрельбу из луков, и степняки так и не смогли прорвать строй противника. Напрасно ханы раз за разом посылали своих воинов в атаку. Когда Владимир Мономах убедился, что наступательный пыл половцев иссяк, он ввел в сражение вторую линию. Такого большого поражения от русских, что произошло на берегу Дона, половцы еще не знали.

    После разгрома в 1111 году половецкие вежи, чтобы избежать полного уничтожения, откочевали за Дунай, а до 40 тысяч половецких воинов вмести с семьями и стадами ушли в Грузию, нанявшись на военную службу к царю Давиду IV Строителю. Там из них был сформирован 5-тысячный отряд царской гвардии. Когда русская рать после победы на Дону вновь пришла в донские степи, то половецких веж она там не обнаружила.

    В последние годы правления и жизни Владимира Мономаха кочевые орды из Дикого поля больше не тревожили русские земли. Безопасными стали жизнь в порубежье и торговые пути по Днепру. Черта земледелия продвинулась на юг.

    Великий воитель известен еще и тем, что за годы своего княжения создал целую систему крепостей на степных границах Руси, гарнизоны которых бдительно «сторожили» Дикое поле.

    Он добился того, что русское войско сражалось и уходило в поход под единым командованием. Мономах выбрал правильную тактику борьбы с кочевыми ордами, стремясь прежде всего уничтожить живую силу врага, а не просто изгнать его из порубежья. Он часто собирал в походы народные ополчения. Став великим князем киевским, он значительно увеличил численность легкой конницы, воины которой во владении луком и саблей ни в чем не уступали степнякам.

    Владимир Мономах — автор знаменитого «Поучения» своим сыновьям, содержащего сведения о походах и войнах его времени и призывающего укреплять единство Руси. (В частности, в этом историческом документе говорится, что за свою жизнь великий князь-воитель совершил 83 больших и малых похода.)

    Во время великого княжения Мономаха в Киеве и других городах было построено много больших и красивых храмов, переведено на славянский язык немало византийских (греческих) книг. Летописи приписывают ему важные дополнения к «Русской Правде» — своду древнерусских законов, действовавших на протяжении многих столетий. При нем Древнерусское государство достигло вершины своего могущества и расцвета.

    Последние годы своей жизни Владимир Мономах посвятил государственному устройству Киевской Руси, которую поделил между сыновьями-наследниками. Он наказал им быть послушными старшему из них, правившему в стольном граде Киеве. Великий ратоборец Руси мечтал видеть своих сыновей сильными удельными правителями, подчиненными во всех больших делах великому киевскому князю. Его главенство должно было не только символизировать единство русских земель, но и оберегать ее от княжеских междоусобиц и кочевых народов Дикого поля.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 22:00:16 | Сообщение # 10
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Князь Новгородский (1236–1251) и Тверской (1247 и 1252), великий князь Владимирский (1252–1263). Прославленный полководец Руси. Святой в православии.



    На Руси к святым причислялись только люди, которые пострадали за Отечество и оставили в исторической памяти народной неизгладимый след. К числу таких личностей относится князь-ратоборец Александр Ярославич Невский. Его величайшая заслуга перед Русской землей состоит в том, что он сокрушил два крестовых похода — немецких и шведских рыцарей на Новгородскую Русь, до которой так и не докатилось всеразрушающее Батыево нашествие.

    Александр родился в стольном городе Переяславле-Залесском в семье князя Ярослава Всеволодовича, третьего сына князя Всеволода Большое Гнездо, получившего свое прозвище за большое семейство. Дедом Ярослава по отцовской линии был великий князь Юрий Долгорукий, основатель Москвы, а прадедом — знаменитый победитель Половецкой степи великий князь Киевский Владимир Мономах.

    Александр еще мальчиком вместе со старшим братом Федором, рано ушедшим из жизни, под присмотром ближнего боярина Федора Даниловича был посажен на княжение в Вольном Новгороде, который поддерживал тесные связи с Владимиро-Суздальской землей, откуда получал недостающую часть хлеба, и обычно приглашал на княжение ее правителей. В случае внешней опасности новгородцы получали с Владимирщины военную помощь.

    Эта средневековая русская боярская республика отличалась стремлением к независимости от какой-либо власти и имела большую военную силу — новгородское ополчение. Приглашенный князь приходил к новгородцам править с дружиной не более чем из 300 конных воинов и правил Вольным городом по его законам и обычаям. В случае военного конфликта с соседями князь превращался в полководца. По первому требованию взбунтовавшихся горожан князь должен был возвратиться восвояси.

    Сын князя Ярослава еще в детстве прошел хорошую школу ратной выучки и науку княжеского управления и суда. Со временем он стал и тонким дипломатом. Правда, однажды ему пришлось спасаться бегством от новгородцев. Но правил он справедливо, порой сурово карая ослушников его указов.

    Свободные от татаро-монгольского владычества Новгородская и Псковская земли отличались богатством — леса на русском Севере изобиловали пушным зверем, новгородские купцы славились предприимчивостью, а городские ремесленники — искусством работы. Поэтому на новгородские и псковские земли постоянно зарились алчные до наживы немецкие рыцари-крестоносцы, шведские феодалы — потомки воинственных викингов и близкая Литва. Этих захватчиков побуждало к нападениям и еще одно немаловажное обстоятельство — попавшая под иго Золотой Орды Русь не могла оказать реальной военной помощи Новгороду и Пскову.

    Крестоносцы ходили в заморские походы не только в Землю Обетованную, в Палестину. Папа римский Григорий IX благословлял европейское рыцарство и на походы в земли язычников на балтийских берегах, в том числе и на псковские и новгородские владения. Он заранее отпускал им все грехи, которые они могли совершить в походах.

    Еще до Батыева нашествия на Русь, в 1237 году, папа Григорий IX утвердил объединение Тевтонского и Ливонского (бывшего ордена меченосцев) орденов. Теперь магистр Тевтонского ордена стал великим магистром — гроссмейстером, а находившийся в его прямом подчинении магистр Ливонского ордена принял титул магистра края — ландмейстера. Рыцарям-меченосцам пришлось сменить свое прежнее одеяние и облачиться в одежду тевтонов — белую мантию с черным крестом. Задачи же нового, объединенного рыцарского ордена остались прежние — продвижение на Восток.

    Первыми двинулись в поход на Северо-Западную Русь из-за Варяжского моря шведские рыцари-крестоносцы. Королевское войско Швеции возглавили второе и третье лица государства — ярл (князь) Ульф Фаси и его двоюродный брат королевский зять Биргер Магнуссон. Именно им шведский король Эрик Эрикссон XI «Картавый» доверил армию государства для большого похода на Новгородскую Русь.

    Войско шведских крестоносцев (на Руси их называли «свеями») по тем временам была огромным — примерно 5 тысяч человек. В походе участвовали со своими отрядами крупнейшие католические епископы Швеции. Королевское войско (морской ледунг) вышло из Стокгольма на ста одномачтовых судах с 15–20 парами весел — шнеках (каждый нес на себе от 50 до 80 человек), они пересекли Балтийское море и вошли в устье Невы. Здесь начинались новгородские земли — пятины, а жившее здесь небольшое племя ижорян платило дань Вольному городу Новгороду.

    Войско, собравшееся в поход на Восток, не было чисто шведским. Летописец «Жития Александра Невского» — очевидец и участник Невской битвы — упоминает в числе вражеского войска «мурмань». Ею могли быть отдельные датские или норвежские рыцари-крестоносцы, отряды из покоренных Швецией западной части финских земель.

    Сообщение о появлении в Невском устье огромной флотилии шведов доставил в Новгород посланец старейшины ижорян Пельгусия, небольшая дружина которого несла здесь морскую дозорную службу. Шведы высадились на высоком берегу Невы, там где впадает река Ижора, и устроили временный лагерь. Место это называется Буграми. Исследователи предполагают, что они пережидали здесь безветренную погоду, устраняя повреждения, чтобы затем преодолеть невские пороги и выйти в Ладожское озеро, а затем — в реку Волхов. А оттуда было рукой подать и до самого Новгорода.

    Двадцатилетний новгородский князь Александр Ярославич решил упредить неприятеля и не стал терять время на сбор всего городского и сельского ополчения. Согласно летописным данным, он поступил точно так, как это делали другие русские князья при приближении военной опасности. Во главе княжеской дружины, в доспехах и во всеоружии Александр прибыл на молитву в Софийский собор и выслушал благословение на поход против врага владыки Спиридона.

    После церковной службы, весть о которой всколыхнула огромный город, князь на площади перед собором «укрепил» дружину и собравшихся новгородцев страстной речью ратоборца, сказав им: «Братья! Не в силе Бог, а в правде…»

    Во главе небольшого, спешно собранного войска численностью примерно в 1500 ратников — княжеской дружины, ополчения Вольного города и воинов-ладожан он быстро двинулся навстречу шведам вдоль берега Волхова, мимо каменной новгородской крепости Ладоги, сторожившей торговые пути во Владимиро-Суздальскую землю. Конница двигалась вдоль берега реки. Пешие воины двигались на судах, которые на Неве пришлось оставить.

    Новгородское войско сумело скрытно с помощью проводников-ижорян подобраться лесом к вражескому лагерю. Шведы проявили большую беспечность, охраняя свой походный лагерь только со стороны Невы. Нападения с суши, со стороны близкого густого леса, крестоносцы просто не ожидали, не выставив здесь даже самое малое число дозорных воинов.

    С помощью проводников-ижорян новгородский князь незаметно подвел русскую рать к самой опушке леса напротив шведского лагеря, среди которого возвышался огромный шатер королевских полководцев. Оценив обстановку, Александр принял смелое и неожиданное для крестоносцев решение атаковать неприятеля со стороны «поля» — то есть из леса.

    15 июня 1240 года внезапной и стремительной атакой новгородские конные и пешие (они атаковали врага вдоль берега) ратники сокрушили королевское войско Швеции. В ходе Невской битвы князь сразился в рыцарском поединке с ярлом Биргером и ранил его. Шведы потеряли несколько шнеков, а на остальных судах покинули берега Невы и возвратились восвояси. После поражения крестоносцы сохраняли численное преимущество над новгородской ратью, но на продолжение сражения не решились.

    Новгородский князь проявил себя в Невской битве как талантливый военачальник, разбив шведов не числом, а умением. В отражении этого первого крестового похода на Русь великий ратоборец Русской земли не стал задействовать всю военную силу Новгорода.

    За эту блестящую победу 20-летний новгородский князь Александр Ярославич, показавший себя храбрым и бесстрашным воином, был прозван народом «Невским». Под этим славным именем он вошел в ратную и державную летопись государства Российского.

    Значение победы над шведским крестовым рыцарством было велико еще и тем, что это была первая победа русского оружия над врагом после Батыева нашествия на Русь. Простой люд увидел в этом предзнаменование возрождения былой мощи и единения родной земли.

    После сокрушительного разгрома Шведское королевство поспешило заключить с Вольным городом мирный договор. Шведы поклялись, что не будут больше нападать на новгородские земли. Летописец напишет: «…Даст… король свейский (шведский) на себя письмо и клятву, отнюдь никако не приходити на Русь войною». Этот шведско-новгородский мир продлился долго.

    Из-за обострения отношений с новгородским боярством, не терпевшим сильной княжеской власти, победитель крестоносцев покинул Новгород и с дружиной уехал в родовое владение — Переяславль-Залесский. Однако вскоре новгородское вече вновь пригласило Александра Ярославича на княжение. Новгородцы хотели, чтобы он вновь возглавил русскую рать в борьбе с вторгшимися с запада на Русь немецкими крестоносцами. Те уже хозяйничали не только на псковских землях, хитростью с помощью изменников-бояр овладев Псковской крепостью, но и во владениях самого Новгорода.

    В 1241 году Александр Невский во главе новгородского войска взял штурмом каменную крепость Копорье. Затем вместе с подоспевшей суздальской дружиной князь овладел Псковом, показав при этом высокое искусство штурма мощных каменных крепостей. Освобождением порубежного города-крепости Изборск он завершил изгнание немецких рыцарей с русской земли.

    Однако по ту сторону Чудского озера находились владения немецкого Ливонского ордена, который вместе с католическими епископами Прибалтики — Дерптским, Рижским, Эзельским — и не думали отказываться от новых вторжений на Псковщину и Новгородщину. Готовясь к крестовому походу на Восток против «язычников», орденские братья призывали в свои ряды рыцарство с немецких и иных земель. И оно с охотой откликалось на такие призывы, благо идти было не так далеко, как в Землю Обетованную, в Палестину.

    В ливонском войске оказалось на сей раз немало «людей датского короля». Король Дании Вальдемар II прислал ордену из города Ревеля солидную помощь под начальством двух принцев крови — Кнута и Абеля. Но все же самую большую поддержку воинскими отрядами орден получил из германских земель и прибалтийских католических епископств.

    Объединенным рыцарским войском командовал опытный военачальник вице-магистр (вице-мейстер) ливонского ордена Андреас фон Вельвен. Под его рукой собралось огромное по численности для того времени войско — до 20 тысяч человек. Основу его составляла тяжеловооруженная рыцарская конница.

    Чтобы покончить с угрозой нового крестового похода на Русь, русский полководец решил сам нанести удар по ливонцам и вызвать их на битву. Во главе русского войска князь Александр Невский выступил в поход, двинувшись на Ливонию южнее Чудского озера и выслав вперед сильный разведывательный отряд во главе с Домашем Твердиславичем и воеводой Кербетом. Тот попал в засаду и почти весь погиб, но теперь военный вождь Вольного города точно знал направление удара главных сил немецких крестоносцев. Он быстро перевел русскую рать по льду Чудского озера к самому псковскому берегу.

    Когда войско Ливонского ордена двинулось по льду озера в псковские пределы, русские уже стояли у них на пути, построившись для битвы. Александр Невский поставил свои полки под самый берег привычным для древнерусского воинского искусства боевым порядком: сторожевой, передовой большой («чело») полки, на флангах — крыльях встали полки правой и левой руки. Личная дружина князя и часть тяжеловооруженных конных воинов составили засадный полк.

    Немецкие рыцари построились в обычный для себя боевой порядок — клином, который на Руси назывался «свиньей». Клин, голова которого состояла из наиболее опытных воинов, протаранил сторожевой и передовой полки русских, но увяз в плотной массе пеших новгородских ополченцев большого полка. «Свинья» сразу же утратила свою маневренность и силу бронированного таранного удара. В это время по условному сигналу полки левой и правой руки охватили клин, а русская засада довершила охват вражеского войска.

    Началась жаркая сеча, которая грозила крестоносцам полным истреблением. Закованным в тяжелый металл рыцарям пришлось биться в большой тесноте, где не было возможности даже развернуть боевого коня, тоже носившего на себе железные доспехи. Напрасно великий магистр пытался организовать стойкое сопротивление и перестроить орденских братьев для битвы. Пешие воины Ливонского ордена — кнехты, набранные из завоеванных немецкими рыцарями прибалтийских земель, не желали погибать за своих поработителей.

    Хронист немецкой Рифмованной хроники с нескрываемой скорбью скажет об этом поражении немецких рыцарей-крестоносцев:

    …Те, кто находился в войске братьев-рыцарей,

    были окружены,

    Братья-рыцари достаточно упорно оборонялись,

    но их там одолели…

    В сражении на весеннем льду Чудского озера русские наголову разбили главные силы Ливонского ордена. Лишь немногим братьям удалось найти спасение, поскольку их настойчиво преследовали до самого ливонского берега. Часть беглецов в панике устремилась к северу от места сражения, но там тяжеловесных конных рыцарей ждала верная погибель. В месте под названием Сеговица били подводные ключи, которые даже крепкий лед делали рыхлым. На Сеговице множество ливонцев ушло под лед.

    Битва на Чудском озере, произошедшая 5 апреля 1242 года, вошла в ратную летопись России под названием Ледового побоища, настолько велики оказались потери Ливонского ордена. По летописным сведениям, в сражении было убито 400 рыцарей-крестоносцев, а 40 попало в плен. Рядовых ливонских ратников, погибших в Ледовом побоище, никто не считал. Число их должно исчисляться во многие тысячи, поскольку каждый рыцарь командовал небольшим воинским отрядом — «копьем», численность которого зависела от знатности и богатства предводителя. Взятых в плен изменников-русских новгородский князь приказал повесить.

    После поражения немецкое рыцарство незамедлительно попросило у Вольного города мира и долгое время потом не решалось вновь пробовать крепость русского порубежья. Победа в Ледовом побоище прославила Александра Ярославича Невского как великого полководца Руси.

    Эта битва вошла в мировую военную историю как образец окружения и разгрома крупных сил тяжеловооруженного рыцарского войска эпохи Средневековья. Полководческое искусство Александра Невского признали и в Золотой Орде. После этого правитель князь нанес ряд поражений литовцам, чьи отряды опустошали новгородское порубежье. Энергичными военными и дипломатическими действиями он укрепил северо-западные границы Руси, а в 1251 году заключил мирный договор с Норвегией по размежеванию границ на Севере.

    Став великим князем Владимирским, Александр Невский проявил себя как мудрый государственный деятель. Он добился прекращения разорительных набегов золотоордынцев на русские земли, посылки русских дружин в ханское войско, укрепил центральную великокняжескую власть, показав себя дальновидным политиком и дипломатом.

    Пользовавшийся всенародной любовью великий князь-полководец таил в себе серьезную угрозу для ханского владычества на Руси. Поэтому одной из версий неожиданной болезни и смерти Александра Невского, возвращавшегося из поездки в Золотую Орду, стало отравление его в ханской столице Сарае. Умер он в Городце на Волге, близ Нижнего Новгорода.

    Крупнейший полководец своего времени, Александр Невский творчески подходил к тактике боевых действий: предпочитал внезапность и стремительность, учитывал особенности местности, сильные и слабые стороны своих и вражеских войск, громил неприятеля по частям, результативно использовал разведку. Полководческое мастерство Александра Невского вошло в золотой фонд русского и мирового военного искусства.

    Князь-полководец еще при жизни был почитаем. Великий воитель, «солнце земли Русской», с большими почестями похороненный во Владимиро-Рождественском монастыре в городе Владимире, Русской Православной Церковью был причислен к лику святых.

    В 1724 году по приказу императора Петра I Великого останки Александра Невского были торжественно перевезены в новую столицу Российского государства — Санкт-Петербург, в специально построенную Александро- Невскую лавру. На всем пути следования ковчега с останками православного святого, во всех селах и городах его встречали и провожали с крестами и иконами. Особенно торжественной встреча была в Москве и древнем Новгороде.

    По завещанию Петра I высочайшим указом от 21 мая 1725 года в Российской империи был учрежден орден Святого Александра Невского. Его девизом стали слова «За труды и Отечество». В годы Великой Отечественной войны (29 июля 1942 года) вновь был учрежден боевой орден Александра Невского. Произошло это в самое трудное для Советской страны время — немецко-фашистские войска рвались к Волге, наступали на Сталинград.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 22:00:51 | Сообщение # 11
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Русский полководец. Великий князь московский (с 1359 года) и владимирский (с 1362 года).



    Княжич Дмитрий был сыном звенигородского удельного князя Ивана Ивановича и его жены Александры, внуком московского князя Ивана Калиты. В Московском княжестве верховная власть принадлежала старшему брату звенигородского князя Семену (Симеону) Гордому. Однако в 1352 году эпидемия «черной смерти» — чумы выкосила всю мужскую половину в правящей династии потомков Калиты, не тронув только семью звенигородского князя Ивана.

    Иван Иванович Звенигородский совершил традиционную для русских князей поездку в Золотую Орду, взяв с собой богатые подарки великому хану, его семейству и вельможам. В Сарае он получил ярлык на великое княжение и стал первым по старшинству правителем на Руси. Так судьба княжича Дмитрия сделала в 1355 году крутой поворот: из наследника звенигородского небольшого удела он стал наследником московской великокняжеской власти.

    Духовное, православное и воинское воспитание Дмитрий получал под строгим присмотром отца, вошедшего в отечественную историю под именем Ивана Ивановича Красного, то есть Красивого. Сын все время находился рядом с ним и познавал от него науку государственного управления.

    Н.М. Карамзин писал в «Истории государства Российского»: «Природа одарила внука Калитина важными достоинствами; но требовалось немало времени для приведения их в зрелость, и Государство успело бы между тем погибнуть, если бы Провидение не даровало Димитрию пестунов и советников мудрых, воспитавших и юного Князя и величие России».

    Великий князь Иван Иванович Красный правил недолго, он умер в 1359 году, когда его сыну Дмитрию было всего девять лет. Весной следующего года маленький наследник во главе московской делегации отправился в Сарай за ханским ярлыком на великое княжение. Поездка оказалось неудачной — в Золотой Орде шла кровавая ханская междоусобица, и ярлык на великое княжение достался суздальскому князю, который и сел в стольном граде Владимире.

    Так великое княжение уплыло из рук Москвы, из рук рода Ивана Калиты. В 1361 году повзрослевший московский князь Дмитрий Иванович вновь совершил поездку в Сарай. Москвичи везли туда богатые подарки, которые в итоге возымели свое действие. В 1362 году золотоордынский хан Мюрид все же дал 12-летнему московскому удельному князю желанный ярлык на великое княжение. Летом следующего года суздальский князь Дмитрий-Фома Константинович попытался было оспорить у Москвы право на великое княжение, но безуспешно.

    Вскоре великому князю пришлось вмешаться в борьбу двух братьев-князей из Суздаля за право владеть Нижним Новгородом. В итоге Дмитрий-Фома из противника Москвы превратился в ее союзника. Этот политический союз был скреплен браком: 15-летний внук Ивана Калиты женился на младшей дочери суздальско-нижегородского князя Евдокии. Теперь великий князь в случае надобности мог рассчитывать на полки своего тестя-союзника.

    Перед свадьбой случился разрыв Москвы с Новгородом. Воспользовавшись смутой в Золотой Орде, новгородские купцы, плававшие и торговавшие по Волге, в одночасье превратились в речных разбойников и стали грабить и чужих, и своих русских купцов. Более того, в 1366 году новгородцы организовали настоящий военный поход по рекам Волге и Каме, ограбив даже купцов в Нижнем Новгороде. Московским дружинам силой удалось навести порядок на речных торговых путях.

    Перед этими событиями на великого князя обрушилась большая беда: в засушливый 1365 год пожар уничтожил большую часть его столицы. Дмитрий Иванович принял поистине историческое решение — укрепить Москву не дубовой, как было прежде, а каменной крепостью. Так московский Кремль стал единственной каменной крепостью той эпохи на северо-востоке Русской земли.

    В скором времени обострились отношения Москвы с Тверью. Великий князь Дмитрий Иванович, которому шел 18-й год, решил «повоевать» стольный град князя Михаила Тверского, и тому пришлось бежать в Литву, великий князь которой, Ольгерд, был женат на его сестре. Поздней осенью 1368 года объединенные войска Литвы, Тверского и Смоленского княжеств выступили против Дмитрия Московского.

    Наспех собранный полк был разбит в сражении на реке Тросне, и великому князю пришлось затвориться в своем стольном граде, изготовившись к осаде. Однако великий князь литовский Ольгерд взять Московский Кремль не смог. Захватив добычу и пленных, он ушел в Литву. Дмитрию Ивановичу пришлось возвратить Михаилу Тверскому земли Клинского княжества.

    Воспользовавшись тем, что Ольгерду пришлось в 1369 году начать войну с немецким Тевтонским орденом, московское войско совершило два удачных похода против своих недавних противников в лице Смоленского и Тверского княжеств. В конце 1370 года великий князь литовский вновь подступил к Москве, осадил ее, но взять опять не смог.

    С конца 1370 по 1373 год не затихала борьба между Москвой и Михаилом Тверским. Захватывались с боем города, в большом числе гибли воины и мирные люди. Поход Ольгерда на Москву в третий раз закончился неудачей — на сей раз московская рать встретила противника на западной границе княжества. Но дело до большой битвы не дошло: стороны заключили очередное перемирие.

    Летом 1373 года фактический правитель Золотой Орды Мамай совершил набег на Рязанское княжество, опустошив его. Дмитрий Московский вместе с двоюродным братом князем Владимиром Серпуховским, собрав полки, встал на левом берегу Оки и не допустил золотоордынцев в московские и владимирские земли, но избиваемых рязанцев защищать не стал.

    Великий князь московский понимал, что после стабилизации внутреннего положения в Золотой Орде следует ожидать нового, еще большего нашествия мамаевого войска на русские земли. На окском порубежье была возведена сильная крепость Серпухов. В городе Переяславле собирался съезд «велик» русских князей: так Дмитрий Иванович начал создавать военную коалицию против Мамая.

    В 1375 году Михаил Тверской вновь попытался оспорить право Москвы на владение ярлыком. Теперь перед великим князем московским стал зримо маячить враждебный союз Твери, Литвы и Золотой Орды. В такой ситуации ему пришлось действовать решительно и быстро.

    В городе Волоколамске собралась огромная рать, к которой присоединилось даже городское ополчение Нижнего Новгорода. В походе на Тверь участвовали почти 20 русских удельных князей. 5 августа началась ее «тесная» осада. Тверичи бились храбро, совершая смелые вылазки. Москвичам не удалось поджечь деревянные стены города-крепости — снаружи они были обмазаны глиной. Тогда Дмитрий Иванович приказал огородить Тверь крепкой деревянной оградой, через которую осажденным нельзя было пробиться. Через три недели в городе начался голод. Поскольку литовское войско не пришло на помощь, Михаил Тверской капитулировал перед великим князем.

    В 1375 году отношения между великим князем московским и Мамаем были окончательно разорваны. Военный союз русских князей становился реальной силой, и в Сарае это поняли. В ответ конные отряды золотоордынцев пограбили земли Нижегородского княжества. Тогда московские полки и рать Нижнего Новгорода совершила ответный поход на подчинявшийся Мамаю город Булгар и заставила его сдаться. Русские войска с богатой добычей возвратились домой.

    Золотоордынцы решили провести против Руси крупную карательную операцию. Хан заволжской Синей Орды Араб-шах с большим конным войском двинулся на Нижний Новгород, на помощь которому пришли московские полки. Их воеводы, в отсутствие великого князя, вели себя крайне беспечно, не выставив в походном лагере дозоры, а большая часть тяжелого оружия находилась в обозе. 2 августа 1377 года золотоордынцы, проведенные по тайным лесным тропам мордовскими князьями, внезапно обрушились на русский стан у реки Пары, правого притока реки Пьяны, и разгромили их. При бегстве много людей потонуло в реке или попало в плен. Татарская конница ворвалась в Нижний Новгород, опустошила его и сожгла. Нижегородскому князю удалось бежать. Опустошив окрестные волости, золотоордынцы ушли в степи.

    Теперь поход большого, объединенного ордынского войска на Московскую Русь стал реальностью. Дело было лишь во времени.

    В феврале 1378 года скончался митрополит всея Руси Алексий, который был надежным сторонником и советником великого князя Дмитрия Ивановича. Для последнего это была огромная потеря.

    Летом 1378 года Мамай послал большое войско во главе с темником Бегичем в поход на Русь. Но об этом в Москве от лазутчиков узнали заранее. Русская рать двинулась навстречу врагу и изготовилась к битве на берегу реки Вожи. Появление большого русского войска застало Бегича врасплох, и он несколько дней простоял на берегах Вожи, не решаясь ее переходить.

    Исследователи оценивают силы сторон в несколько десятков тысяч. Русскими командовал сам великий князь Дмитрий Иванович. Бегич решился на форсирование Вожи только во второй половине дня 11 августа. Однако на противоположном берегу вражескую конницу ждала ловушка. Большой полк во главе с Дмитрием Московским атаковал золотоордынцев в лоб, а с флангов удары нанесли полки правой и левой руки под командованием воеводы Т.В. Вельяминова и рязанского князя Данилы Пронского.

    Произошла скоротечная конная сшибка, где главным оружием стало тяжелое копье. Русские ратники в сражении во всем превзошли золотоордынских воинов. Ордынская конница смешалась и начала беспорядочно отступать в Воже, тогда утонуло много татар. Преследование врага русские конники прекратили только под вечер.

    Победа русского оружия в большом сражении на реке Воже имела принципиальное значение в отношениях Руси с Золотой Ордой. Это была первая в истории битва, выигранная русскими у ордынцев.

    Поражение темника Бегича привело Мамая в неописуемую ярость: русские данники разбили войско Золотой Орды! В ответ золотоордынская конница во главе с Мамаем обрушилась на соседнее с Москвой Рязанское княжество. Стольный град Переяславль-Рязанский был взят, разграблен и превращен в пепелище. В Орду было уведено много пленных.

    В Москве настороженно ждали известия о начале мамаева нашествия на Русь, пришло оно в самом конце июля 1380 года. Силы Мамая были огромны, хотя достоверных летописных сведений о соотношении сил в битве на Куликовом поле нет. Численность золотоордынского войска в разных источниках колеблется между 100 и 200 тысячами человек. Русское войско, вне всякого сомнения, было намного меньше и скорее всего вдвое.

    Мамай основательно готовился к большому походу на Русь. По его грозному повелению пришли войска подвластных Золотой Орде народов — черкесов и осетин, «бусурмане» из Волжской Булгарии и буртасы (мордва). Из Таны (Азова) и других итальянских колоний на берегах Азовского и Черного морей пришли отряды тяжеловооруженной наемной пехоты, скорее всего венецианцев.

    Мамай намеревался в 20-х числах сентября соединиться с великим князем литовским Ягайлой, который стал его союзником в войне с Московской Русью. После этого намечался совместный поход на Москву. Попытка привлечь к походу князя Олега Рязанского не увенчалась успехом.

    Получив известие о выступлении Мамаевых полчищ, великий князь стал собирать в Москве большую рать. На помощь ему привели свои полки удельные князья. Преподобный Сергий Радонежский напутствовал великого князя на битву. В благословенной грамоте говорилось: «Иди, господин, иди вперед. Бог и Святая Троица поможет тебе!» Все русское войско знало об этом.

    Оставив для защиты стольного града часть сил, Дмитрий Иванович повел русское войско к городу-крепости Коломне и на берегах реки Оки встал походным лагерем. Высланная далеко вперед конная разведка — «сторожа» донесла, что Мамай со своим огромным войском расположился на реке Мече, правом притоке Дона.

    Русская рать 26–27 августа переправилась через Оку. План московского князя был смелым и точно рассчитанным. Он задумал разбить войско Мамая еще до соединения с ним Ягайлы и потому двинул далеко на юг свои полки. 6 сентября близ впадения в Дон реки Непрядвы русская «сторожа» разгромила разведывательный конный отряд ордынцев.

    На военном совете русских князей было решено перейти Дон, чтобы в чистом поле сразиться с ордынцами. В ночь на 8 сентября русские полки по наведенным мостам и вброд перешли на правый берег реки и расположились выше устья Непрядвы. Так, проделав путь в 200 километров от Коломны до Дона, русская рать вышла на Куликово поле.

    Дмитрий Московский построил свои войска. Впереди поставили сторожевой полк — его задачей было не позволять ордынским конным лучникам засыпать ливнем стрел главные силы русских. Затем стал передовой полк, которому предстояло принять на себя первый удар главных сил Мамая. За передовым выстроился большой пеший полк. На флангах стали полки правой и левой руки. На случай, если неприятель где-нибудь прорвет русский строй, был оставлен в тылу резервный полк.

    В густой дубраве на левом крыле укрылся сильный засадный полк. Засадой командовали князь Владимир Серпуховский и зять Дмитрия Ивановича воевода Дмитрий Боброк-Волынский. Этому полку предстояло выйти на поле Куликово в самую решающую минуту. Известно, что ордынская конница так и не обнаружила русский засадный полк.

    Перед сражением Дмитрий Московский объехал все построившиеся на поле полки и обратился к ним с традиционным призывом постоять за землю Русскую. После этого он поменялся с ближним боярином Михаилом Бренком убором московского государя и в простых воинских доспехах встал в первые ряды русской рати.

    Ордынское конное войско появилось на горизонте примерно в 10 часов утра. Мамай, разбивший свой шатер на вершине Красного холма, с удивлением и тревогой осматривал видневшиеся вдали полки московской рати. Такой встречи от данников Золотой Орды он явно не ожидал.

    Мамай был опытным полководцем. Он сразу понял, что на Куликовом поле ему не удастся использовать свое преимущество в коннице. Густые дубравы и речушки с топкими берегами надежно прикрывали фланги русских от обхода. Оставалось только одно — атаковать московскую рать в лоб, с фронта. Мамай приказал спешиться части своих всадников в помощь наемной итальянской пехоте. На флангах он поставил тяжеловооруженную конницу, за Красным холмом — сильный резерв.

    Сражение началось около 12 часов дня поединком русского воина инока Пересвета и ордынского богатыря Челубея. Два витязя сошлись на копьях, и оба погибли.

    После этого ордынская легкая конница атаковала сторожевой конный полк русских. Татарские лучники встретили упорное сопротивление княжеских дружинников и долго не могли заставить их отойти назад.

    После этого ордынское войско начало атаку по всей ширине Куликова поля. Сторожевому полку пришлось отойти к передовому, но и тот не выдержал натиска врага. Затем в битву вступил пеший большой полк. Ожесточенное сражение шло в течение двух часов, распавшись на отдельные единоборства, когда каждый, по словам летописца, «своего супротивника искаше победите».

    Мамай все же нашел способ прорваться в тыл русской позиции. На ее левом фланге перед дубравой была довольно широкая лощина, ровное дно которой позволяло тяжеловооруженным всадникам набрать таранную скорость. Мамай и бросил сюда резервную конницу. Она прорвала строй русского полка левой руки и оказалась между Доном и тылом сражавшегося большого полка. Ордынцев остановил русский резерв, сразу же вступивший в бой.

    Из боевого порядка русской рати под натиском превосходящих сил золотоордынцев устоял только полк правой руки, который в сражении так и не подался назад ни на шаг. Здесь воеводам даже пришлось сдерживать ратников, чтобы они не шли вперед и не отрывались от рядов большого полка.

    На Красном холме уже праздновали победу, когда из дубравы в критический момент вышел русский засадный полк. Он ударил в тыл и во фланг прорвавшейся к Дону ордынской коннице. Этот удар позволил русским князьям и воеводам перестроить полки для продолжения битвы, которая длилась еще примерно час. Мамаево войско было разгромлено наголову и обратилось в бегство. В числе первых бежал и правитель Золотой Орды.

    Русская конница преследовала врага буквально по пятам — от Куликова поля до притока Дона реки Красивой Мечи. Это расстояние примерно в 40 километров. Погоня продолжалась до наступления темноты.

    Победа досталась русским дорогой ценой. Потери сторон были огромны. В числе погибших оказалось много русских князей и бояр. Сам великий князь Дмитрий Иванович мужественно и стойко бился в рядах большого полка.

    За великую победу 8 сентября 1380 года народ прозвал героя Донского побоища (так современники называли Куликовскую битву) — Донским. А его двоюродного брата князя Владимира Серпуховского — Храбрым.

    В тот день великий князь литовский Ягайло находился всего в 30–40 километрах от Куликова поля. Он так и не успел соединиться с Мамаем. Узнав о страшном разгроме войска Золотой Орды, литовцы не стали испытывать судьбу и ушли обратно.

    Мамаю, покинутому воинами и последними мурзами, пришлось бежать из Сарая в Крым, в город Кафу. Он прибыл туда со своими немалыми сокровищами, и это решило его судьбу. Его впустили в город и там убили.

    В 1382 году хан Тохтамыш, захвативший власть в Золотой Орде, с большим войском подошел к Москве, по пути был взят и сожжен город Серпухов. Великому князю, у которого под рукой не оказалось сильного войска, пришлось с семьей укрыться за Волгой в Костроме.

    Оборона Московского Кремля была возложена на внука литовского великого князя Ольгерда Остея. Три дня горожане отбивали яростные приступы золотоордынцев с помощью нового, ранее неизвестного оружия — огнедышащих «тюфяков» — пушек. После этого Остей и столичные «лучшие люди» решили откупиться от хана Тохтамыша. 26 августа большая депутация из бояр и духовенства вышла из крепостных ворот. Ордынцы сразу же напали на нее, убили Остея и ворвались в крепость.

    Москва подверглась разграблению. Погибли более 10 тысяч москвичей и жителей окрестностей. Множество людей было уведено в полон. После этого золотоордынцы опустошили многие земли Московского княжества, взяв штурмом город Переяславль. Но у Волоколамска большой ордынский отряд встретил князь Владимир Серпуховской и разгромил его. После этого хан Тохтамыш покинул русские пределы, ограбив по пути Рязанское княжество.

    Чтобы остаться на великокняжеском престоле, Дмитрию Донскому пришлось отправить заложником в Сарай старшего сына-наследника Василия. Орда стала брать с Руси «великую дань тяжкую». Платить пришлось не только серебром, как было раньше, но и золотом.

    В последние годы своей жизни великий князь московский успешно воевал с Рязанью и Новгородом. Весной 1389 года он серьезно заболел и, чувствуя скорую кончину, составил завещание. Дмитрий Донской умер сравнительно молодым — ему не было еще и 39 лет, из которых он более 29 лет правил «на Москве». Своим сыновьям он оставил Московское княжество, которое за 30 лет его правления увеличилось в несколько раз.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 22:01:32 | Сообщение # 12
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Английский полководец. Герцог. Генерал-фельдцейхмейстер.



    При всей знатности своего происхождения Мальборо получил самое поверхностное образование. Началу своей блистательной карьере он обязан прежде всего сестре и ее связям с герцогом Йоркским, ставшим впоследствии королем Яковом II. Именно он помог будущему полководцу в 1667 году получить офицерский патент и назначение в один из полков королевской гвардии.

    Боевое крещение Джон Мальборо получил в ходе англо-голландской войны 1672–1674 годов (2-й Нидерландской войны), находясь в составе английского экспедиционного корпуса. Ему довелось воевать во Франции под знаменами принца Конде Великого. Во время осады крепости Нимвеген офицер Мальборо обратил на себя внимание командования своей активностью и сообразительностью. Это было его первым успехом на командирском поприще.

    В другой раз Мальборо отличился в той войне при Маастрихте в 1673 году. Французский король Людовик XIV высказал ему свою монаршую признательность и благодарность перед строем войск и направил свой восхищенный отзыв о героизме английского офицера в королевский дворец в Лондон.

    Вернувшегося с войны Джона Мальборо на родине встретили с большим почетом. Он удачно женился на аристократке Саре Дженнингс, которая во многом содействовала удачной военной карьере своего честолюбивого мужа. Уже в 1678 году Мальборо получил в командование полк королевской пехоты, а вскоре — бригаду в составе экспедиционного корпуса герцога Д. Монмута, направленного во Фландрию. В 1679 году полковник Мальборо сопровождал изгнанного из Англии герцога Йоркского, будущего короля Якова II, в Гаагу и Брюссель. Так он обрел венценосного покровителя и доброжелателя.

    Сразу после возвращения в Англию герцог Йоркский наградил Мальборо титулом баронета и назначил его командиром гвардейского кавалерийского полка. После вступления на престол в 1685 году новый монарх Яков II пожаловал Мальборо звание пэра с титулом лорда Сэнндриджа и отправил в качестве королевского посланника во Францию, в Париж.

    Вскоре Джону Мальборо представилась прекрасная возможность отблагодарить своего коронованного покровителя. Герцог Д. Монмут поднял в южной Англии антиправительственный мятеж, который грозил перекинуться на другие области государства. Лорд Мальборо был одним из королевских военачальников, отправленных на усмирение мятежников. Он отличился жестокими действиями против сторонников герцога Монмута и в награду был произведен в генерал-майоры.

    Однако довольно скоро Джон Мальборо, откровенный приверженец протестантства (ставшего господствующей религией в Англии), попадает в опалу короля-католика Якова II. Лорд Сэнндридж превращается из его приверженца в непримиримого противника по религиозным мотивам.

    Во время государственного переворота 1688 года генерал-майор лорд Джон Мальборо переходит на сторону герцога Вильгельма Оранского, который становится английским королем Вильгельмом III. Новый монарх в знак благодарности делает Мальборо членом Тайного совета государства. Теперь ему поручается главное командование сухопутной армией Английского королевства.

    В 1690 году генерал Джон Мальборо успешно руководит борьбой с антианглийским движением в Ирландии. Там английские войска под его командованием в нескольких боях разбили ирландских католиков — сторонников короля Якова II. Затем принуждаются к сдаче сильные гарнизоны укрепленных городов Корка и Кинселя. После этого восставшая против английского владычества Ирландия была приведена в полное повиновение Лондону.

    По возвращении из Ирландии лорд Джон Мальборо оказался замешанным в заговоре против королевской власти. Он вместе с лордом Годольфином начал вести переговоры с низвергнутым с английского престола Яковом II о восстановлении его на престоле. Попытка государственного переворота окончилась полной неудачей, и генерал Мальборо был арестован, обвинен в государственной измене и заточен в Тауэр. Однако в ходе судебного разбирательства лорды не нашли достаточных оснований для полного обвинения пэра Мальборо в измене Английскому королевству.

    Мальборо с великими трудами удалось вернуть свое прежнее положение при дворе. Этому во многом способствовала начавшаяся европейская война за Испанское наследство 1701–1714 годов, в которой он за свои прежние боевые заслуги получил должность главнокомандующего английскими войсками на континенте, где успешно действовал с союзниками в лице Австрии и Голландии.

    Испания, кроме своих огромных колониальных владений за пределами Европы — в Южной, Центральной и Северной Америке, в Африке, на Канарских, Антильских, Филиппинских и других островах, владела на континенте большей частью Италии и Испанскими Нидерландами. Поэтому обладание Испанским наследством в немалой степени означало господство в Европе. Война эта началась после смерти короля Карла II, последнего Габсбурга на испанском престоле, не оставившего после себя прямого наследника. В родстве с умершим монархом находились французский король Людовик XIV и император Священной Римской империи Леопольд I Габсбург.

    В ноябре 1700 года после смерти испанского короля Карла II французский монарх провозгласил своего внука Филиппа Анжуйского (Филипп V) королем Испании. Такой альянс Парижа и Мадрида означал одно — возвышение Франции в Европе. Против этого сразу выступили Англия, Голландия и Священная Римская империя. В ходе войны к ним присоединились Дания, Португалия, Пруссия и ряд небольших германских государств. На стороне Франции воевали Испания, Бавария, Кельнское курфюрство, Савойя (которая вскоре перешла на сторону противников), итальянские города-государства Парма и Мантуя.

    Англия превратилась в главного врага Франции. Король Вильгельм III призывает к себе лорда Джона Мальборо (спустя два года после попытки государственного переворота), производит его в полные генералы и назначает главнокомандующим английскими войсками в союзной Голландии. На него же возлагаются обязанности ведения переговоров по созданию военной коалиции против французского короля Людовика XIV.

    Лорд Джон Мальборо справляется с королевским поручением блестяще. За этот несомненный успех в самом начале войны за Испанское наследство генерал Мальборо получает титул герцога и производится в генерал-фельдцейхмейстеры. Воцарившаяся на английском престоле королева Анна награждает своего полководца орденом Подвязки. После этого герцог со своей супругой герцогиней Сарой Дженнингс, пользуясь полным доверием королевы Анны, становятся одними из наиболее влиятельных людей в Англии.

    В самом начале войны главнокомандующий английскими войсками в Голландии столкнулся с проблемой согласованности своих действий с союзниками. По этой причине ему не удалось после взятия города Бонна отрезать французские войска от Антверпена. В августе 1703 года он вынудил к капитуляции 6-тысячный гарнизон крепости Гюи. За эти победы голландское правительство пожаловало ему герцогский титул и большое денежное вознаграждение.

    После этого генерал-фельдцейхмейстер герцог Мальборо, оставив часть войск для защиты Нидерландов, двинулся по левому берегу Рейна на соединение с имперской армией австрийцев. Командующий французской армией во Фландрии маршал Виллеруа разгадал этот маневр неприятеля и преградил ему путь на юг. Но Джон Мальборо все же сумел соединиться с 16-тысячной армией Евгения Савойского.

    13 августа 1704 года состоялось сражение при Гохштедте, в котором французско-баварские войска потерпели тяжелое поражение, а правитель Баварии Макс-Эммануил к тому же потерял собственные владения. От английской королевы Анны герцог Джон получил в дар за победу большое поместье, а австрийский император пожаловал ему титул владетельного принца Миндельсгеймского. После этого полководца отозвали обратно в Нидерланды.

    Активные военные действия возобновились только весной следующего года. Преимущественно на германской территории началось сложное маневрирование неприятельских армий, но в 1705 году стороны все никак не могли решиться на большое сражение.

    Звездный час для полководца Джона Мальборо наступил в 1706 году. Главные события кампании этого года развернулись во Фландрии. Французская армия первой начала наступление, перейдя в мае реку Диль. Это заставило англичан и голландцев сняться с зимних квартир и соединиться в Лао. 23 мая у Рамийи произошло сражение войск герцога Мальборо и принца Евгения Савойского, с одной стороны, и французами, которыми командовал маршал Виллеруа — с другой.

    Стороны имели примерно по 60 тысяч человек, но союзники превосходили французов по численности артиллерии почти вдвое. Это обстоятельство в итоге и решило исход сражения при Рамийи. Французская армия поспешно отступила сперва к Лувену, а потом к Брюсселю, потеряв 15 тысяч человек убитыми и ранеными, 6 тысяч пленными и 50 из 70 орудий. Потери победителей составили меньше 3 тысяч человек.

    После одержанной победы английский полководец проявил большую настойчивость в преследовании разгромленной неприятельской армии. Французам пришлось оставить Брюссель и отступить до города Куртре. В ходе преследования союзники заняли все наиболее значительные города и крепости Брабанта и Фландрии — Испанских Нидерландов. Герцогу Мальборо сдались такие большие города, как Уденард, Брюгге, Антверпен, Остенде, Менин. Новый французский главнокомандующий маршал Вандом ничего не мог противопоставить союзной армии генерал-фельдцейхмейстера Джона Мальборо. В конце 1706 года тот взял сильные крепости противника Дендермонд и Ат.

    Победы полководца герцога Мальбора вызвали в Англии большой восторг. Ему предложили звание штатгальтера (правителя) Бельгии. Он сперва принял его, но потом благоразумно отказался, чтобы не конфликтовать с союзниками-голландцами.

    Весной 1707 года под командованием герцога Джона Мальборо находилась 76-тысячная союзная армия, сосредоточенная в окрестностях Брюсселя. Ему противостояла 80-тысячная французская армия под командованием маршала Вандома. На протяжении всей летней кампании противники много маневрировали, стараясь занять по отношению друг к другу более выгодное положение. После этого они разошлись по зимним квартирам. Мальборо несколько раз пытался атаковать главные силы французов, но безуспешно.

    В 1708 году герцог Мальборо вновь объединился с имперской армией принца Евгения Савойского. 11 мая произошло большое сражение у стен города Ауденарде, который осадила французская армия под командованием герцога Бургундского и маршала Вандома. Союзники своим подходом сняли осаду с города. Французы, вышедшие им навстречу, были наголову разгромлены и потеряли 10 тысяч человек, в том числе 7 тысяч пленными. Победителям в качестве трофеев Ауденардской битвы досталось десять орудий.

    После одержанной победы войска принца Евгения Савойского начали осаждать крепость Лилль, а английский главнокомандующий расположил свои силы так, чтобы не позволить войскам французского маршала Бервика соединиться с разгромленной армией маршала Вандома. Однако помешать этому герцог Мальборо не смог. Французы же, в свою очередь, не смогли помешать капитуляции крепостного гарнизона Лилля.

    В следующем году английский полководец вновь сражался рука об руку с принцем Евгением Савойским. Союзники, соединившись, форсировали реку Шельду и начали наступление в направлении города Монса. Французский главнокомандующий маршал Виллар тоже перешел эту реку и занял удобную позицию у Мальплаке, решив своими действиями прорвать осадное кольцо вокруг крепости Монс.

    Союзная англо-австро-голландская армия насчитывала 117 тысяч человек при 120 пушках. Ею командовали помимо герцога и принца прусский кронпринц Фридрих Вильгельм и голландский принц Оранский. 95-тысячная французская армия имела 80 орудий и успела до подхода неприятельских войск за два дня устроить у Мальплаке полевые укрепления на позиции протяженностью в 3 километра между Теньерским и Ланьерским лесами. Были созданы три линии насыпных окопов, на флангах оборудованы засеки и редуты, что позволяло вести фланкирующий артиллерийский огонь.

    Сражение состоялось 11 сентября 1709 года и носило ожесточенный характер. Маршал Виллар решил упорной обороной укрепленной позиции измотать противника, нанести ему максимально возможные потери и заставить отойти от крепости Монс. Замысел союзников состоял в том, чтобы оттеснить армию противника на территорию Франции. Начало сражения складывалось совсем не так, как задумывало его союзное командование. Посланный в обход вражеской позиции отряд заблудился в лесу и вышел на поле битвы только под вечер. Французы ружейными залпами и артиллерийским огнем отбили все атаки австрийцев, англичан и пруссаков.

    Даже появление на поле брани обходного отряда союзников не изменило ситуацию в сражении — французы сильной контратакой загнали его обратно в лес. Под самый вечер союзникам все же удалось вклиниться в оборонительную линию противника, и это заметно поколебало его стойкость при защите полевых укреплений. Тогда маршал Буффлер, сменивший опытного главнокомандующего маршала Клода Луи Эктора Виллара, получившего серьезное ранение, приказал французской армии отойти на новые позиции. Утомленная упорным сражением и понесшая в ходе его большие потери союзная армия не преследовала отступившего неприятеля.

    При Мальплаке союзная армия в атаках потеряла до 30 тысяч человек, французская — 12 тысяч человек и 19 орудий. Следствием выигранного союзниками большого сражения стало продолжение осады крепости Монс, которая в октябре того же 1709 года капитулировала.

    Военная кампания 1710 года не принесла успехов герцогу Мальборо, а лагерь союзников в войне против Франции стал разваливаться. Это вызвало большое раздражение в Лондоне. В английской печати появились памфлеты в адрес королевского полководца. Среди авторов памфлетов оказался такой известный писатель, как Джонатан Свифт.

    Генерал-фельдцейхмейстер Джон Мальборо отвел свои войска в Нидерланды. Искусным маневром он сумел прорвать у Арле и Обиньи французскую укрепленную линию и после продолжительной и долгой осады овладел крепостью Бушен. Это была последняя победа в его полководческой биографии.

    Тучи над головой герцога Мальборо сгущались не на театре военных действий, а в Лондоне, где к власти пришло правительство тори. Оно начало тайные переговоры с французским королем Людовиком XIV. Вслед за этим последовал королевский указ об отставке герцога Мальборо с поста главнокомандующего английской армией. Этим же указом он обвинялся в растрате казенных средств и присуждался к огромному штрафу. Герцогу предстояло из своих огромных личных доходов ежегодно выплачивать в королевскую казну 15 тысяч фунтов стерлингов.

    Одной из причин такого падения было то, что его супруга герцогиня Сара Дженнингс, вспыльчивая и энергичная, долгое время властвовавшая при английском дворе, оказалась в опале у королевы Анны и была вынуждена уступить место первой придворной дамы новой фаворитке. Опала, естественно, коснулась и мужа Сары Дженнингс, имевшего при королевском дворе немало недругов.

    Обиженный Джон Мальборо эмигрировал из Англии. По Утрехтскому миру, который подвел итоги войны за Испанское наследство, герцог потерял подаренное ему австрийским императором Миндельгеймское княжество. В итоге полководец Мальборо, одержавший во славу английского оружия несколько больших побед, оказался в той большой европейской войне в числе проигравших.

    Мальборо вернулся в Англию в 1714 году после восшествия на престол нового короля Георга I. Тот восстановил полководца во всех утраченных им воинских званиях. Но герцогу не пришлось больше участвовать в государственных делах, поскольку в 1716 году его разбил паралич и он оказался прикованным к пастели.

    В военную историю английский полководец Джон Черчилл Мальборо вошел как сторонник активных военных действий. Он старался не придерживаться широко применявшейся тогда тактики выжидания и бесплодного маневрирования на театре войны. Герцог отличался личной храбростью и потому пользовался большой популярностью среди солдат, о которых постоянно проявлял заботу. Он был хорошим дипломатом и умел находить общий язык с союзниками, в первую очередь с таким прославленным австрийским полководцем, как принц Евгений Савойский.

    С другой стороны, Джону Мальборо были свойственны такие черты человеческого характера, как беспринципность и корыстолюбие. Судебные разбирательства по обвинению Мальборо в государственной измене и растраты огромных сумм казенных средств проводились не без основания. Ради личных материальных выгод и аристократических титулов он легко менял свои политические позиции.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 22:02:03 | Сообщение # 13
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Русский полководец в Семилетней войне. Генерал-фельдмаршал.



    Петр Семенович Салтыков родился в подмосковном Марфино в родовитой семье, получил хорошее домашнее образование и в 1714 году начал военную службу рядовым солдатом в петровской гвардии. В том же году с группой молодых дворян уехал обучаться морскому делу во Францию, где находился до начала 30-х годов. Однако Петру Салтыкову не суждено было стать военным моряком, он оказался на армейской службе.

    В 1734 году Салтыков в чине генерал-майора участвовал в походе русских войск против польского короля Станислава Лещинского. Однако в тот год действия ограничились лишь небольшими стычками с польской Шляхтой, но все же для Салтыкова тот поход стал первой боевой школой, и за успешные действия русских войск он был награжден орденом Святого Александра Невского.

    После этого генерал-поручик Петр Салтыков участвовал в Русско-шведской войне 1741–1743 годов, которая была вызвана стремлением Стокгольмского королевского двора вернуть себе территории, утраченные по Ништадтскому мирному договору 1721 года. Но в первом же сражении у Вильманстранда шведы потерпели поражение и уступили русским эту крепость. В Южной Финляндии Салтыков воевал в составе русской армии, которой командовал генерал-фельдмаршал П.П. Ласи. Он участвовал во взятии крепостей Фридрихсгам и Нейшлот (современный город Савонлина в Финляндии), в окружении шведских войск под Гельсингфорсом (Хельсинки), приведшем к их капитуляции, и в торжествах, связанных с заключением Абоского мира.

    В 1743 году генерал-поручик П.С. Салтыков командовал арьергардом войск генерала Я. Кейта. Затем в составе его корпуса был отправлен из Гельсингфорса в шведскую столицу Стокгольм.

    После возвращения из Стокгольма Салтыков был назначен командиром Псковской дивизии, расквартированной на подступах к Санкт-Петербургу. В 1754 году ему присвоили звание генерал-аншефа.

    Петр Салтыков успешно и без срывов продвигался по служебной лестнице, не задерживаясь долго в штаб-офицерских и генеральских чинах. Этому во многом способствовала близость его к императорскому двору. В 1756 году генерал-аншеф П.С. Салтыков был назначен командующим украинских ландмилиционных полков, защищавших южную границу Российской империи от грабительских набегов крымцев. В этой должности Салтыков потрудился немало. Он усовершенствовал организацию полков ландмилиции, являвшихся иррегулярной частью русской армии, построил укрепления на пограничной черте, обеспечив мирную жизнь в южных губерниях. Его деятельность заслужила самую высокую оценку в Санкт-Петербурге.

    Признание и славу русского полководца Петр Семенович Салтыков обрел в Семилетней войне 1756–1763 годов. Тогда Россия вместе с союзной Австрией воевала против Прусского королевства, во главе которого стоял воинственный монарх Фридрих II, один из выдающихся полководцев XVIII века. С именем Салтыкова связаны наиболее крупные и яркие победы русской армии в этой продолжительной общеевропейской войне.

    На стороне Пруссии и Англии находились несколько германских государств, в числе которых были Ганновер, Гессен-Кассель, Брауншвейг и другие. Им противостояли Австрия, Франция, Россия, Саксония, Швеция и большинство германских государств, входивших в Священную Римскую империю.

    Война началась нападением Пруссии на Саксонию. Войска Фридриха II окружили саксонскую армию, и та капитулировала. После этого прусская армия нанесла еще несколько поражений своим противникам, воспользовавшись разобщенностью их действий. Императрица России Елизавета Петровна под сильным давлением венского двора, терпевшего одно военное поражение за другим, приказала русской армии выступать в поход в Центральную Европу.

    Россия вступила в Семилетнюю войну летом 1757 года. Первоначально русской армией командовал генерал-фельдмаршал С.Ф. Апраксин, который после победного для русского оружия Гросс-Егерсдорфского сражения неожиданно отвел войска от Кенигсберга к Мемелю, за что императрицей был снят с должности и отдан под суд. Апраксина на посту главнокомандующего сменил генерал В.В. Фермор. Но поскольку он не отличался решительностью и не добился успехов, то по решению императрицы в начале 1759 года был заменен на этом посту генерал-аншефом Салтыковым. Ему вверялись войска, находившиеся за пределами российских границ, разбросанные от балтийского побережья до австрийских владений. Новому главнокомандующему было предписано сосредоточить главные силы русской армии в Познани для последующего выдвижения в западном направлении к реке Одер для соединения с союзниками-австрийцами.

    В дальнейшем планом военной кампании предусматривались совместные с австрийцами действия русской армии в направлении на Кюстрин и Берлин. Однако венский императорский двор изо всех сил старался поставить русские войска на прикрытие собственных границ с Пруссией и тем самым избежать военного поражения.

    В апреле почти 40-тысячная (в том числе 12,5 тысяч кавалерии) русская армия с 248 орудиями под командованием генерал-аншефа Салтыкова выступила из района Познани к Одеру, чтобы переправиться через реку и соединиться в районе Кроссена с австрийской армией генерал-фельдмаршала Л. Доуна. Это сильно встревожило прусского короля Фридриха II, и он решил воспрепятствовать соединению крупных неприятельских сил.

    Навстречу русским войскам выступил усиленный прусский корпус (18 тысяч пехоты, 10 тысяч кавалерии и свыше 100 орудий) под командованием одного из лучших военачальников — генерала К.Г. Веделя. Его противники встретились у селения Пальциг, расположенного в 60 километрах юго-восточнее города Франкфурта-на-Одере.

    Сражение состоялось 12 июля 1759 года. На высотах восточнее и юго-восточнее Пальцига русские войска были построены в две линии, кавалерия встала на флангах (которые упирались в лесные опушки) и составила резерв главнокомандующего. Для артиллерии были оборудованы батарейные позиции. Часть батарей могла вести стрельбу по неприятелю через головы своих войск. Перед фронтом русской армии протекала небольшая речушка, через которую были устроены два моста перед прудами.

    Подойдя к Пальцигу, генерал Ведель развернул корпус для наступления на русские позиции. Прусские войска в классическом фридриховском косом боевом порядке предприняли четыре сильные атаки по правому и одну по левому флангу русской позиции. В последнем случае прусской пехоте даже не дали перейти по мосту через реку. И каждый раз русские отбрасывали противника на исходные позиции артиллерийским и ружейным залповым огнем и штыковыми контратаками.

    В Пальцигском сражении особенно отличились русские артиллеристы, которые вели сосредоточенный батарейный огонь из единорогов и гаубиц. Контрбатарейную борьбу пруссаки проиграли полностью. Попытка тяжелой кирасирской кавалерии Веделя атаковать русских во фланг закончилась разгромом пруссаков и в рукопашной схватке.

    Корпусу Веделя пришлось поспешно отступить в южном направлении. Потери пруссаков составили свыше 7 тысяч человек, в том числе 4 тысячи человек были убиты. Поле Пальцигской битвы осталось за русской армией, которая потеряла 5 тысяч человек убитыми и ранеными.

    После победы русской армии под Пальцигом союзникам открывался путь для совместного наступления на столицу Пруссии город Берлин, который в то время не имел сильного прикрытия.

    Генерал-аншеф Салтыков повел русскую армию к Кроссену, где к ней должны были присоединиться главные силы австрийской армии. Однако там союзников не оказалось. Тогда главнокомандующий двинул свои войска к Франкфурту-на-Одере и 20 июля захватил этот прусский город, немногочисленный гарнизон которого заблаговременно бежал от приближающихся русских. От Франкфурта шел прямой путь на Берлин. На другой день после захвата города к русской армии вместо ожидаемых главных сил союзников подошел лишь корпус генерала Б.Э. Лаудона численностью около 20 тысяч человек.

    Оценив все достоинства сложившейся ситуации, генерал-аншеф П.С. Салтыков предложил австрийскому главнокомандующему фельдмаршалу Доуну наступать на Берлин, чтобы перенести боевые действия во внутренние территории Прусского королевства. Но тот воспротивился этому, желая перенести основные боевые действия в Силезию, что отвечало интересам Австрии.

    Король Фридрих решил не допустить наступления Салтыкова на Берлин. Во главе главных сил прусской армии он выступил навстречу союзной армии с намерением разбить ее в генеральном сражении. В это время союзные войска (41 тысяча русских, 18,5 тысяч австрийцев, 248 орудий) расположились недалеко от Франкфурта на восточном берегу реки Одер. Они готовились к маршу в Силезию, где им предстояло соединиться с главными силами армии Австрии.

    Прусский король, имевший под своим командованием 48 тысяч человек и около 200 орудий, решил разгромить противника ударом с северо-востока во фланг и тыл. В течение двух дней, 30–31 июля, его армия переправилась через Одер севернее Франкфурта и двинулся к деревне Кунерсдорф, в окрестностях которой расположился походный лагерь союзников.

    Маневр неприятельской армии не остался незамеченным. Генерал-аншеф Салтыков, чтобы не быть атакованным на марше, решил дать противнику сражение близ Франкфурта-на-Одере. Хорошо знакомый с местностью, он расположил войска на высотах между городом и Кунерсдорфом. Первоначально они располагались фронтом на север, поэтому король Фридрих II и решил обойти их с тыла. Салтыков разгадал замысел неприятеля и рано утром 1 августа, в день сражения, развернул свои войска фронтом на юг длиной в 4,5 километра и шириной от 800 метров до 1,5 километра.

    Русские войска развернулись на трех высотах — Мюльберг, Гросс-Шпицберг (Большой Шпиц) и Юденберг. Горы отделялись друг от друга широкими и глубокими оврагами Кунгрунд и Лаудонсгрунд. Кунерсдорфская позиция союзников была усилена окопами и артиллерийскими редутами. Подходы к высотам с запада и с севера затрудняли заболоченная местность и речка Гюнер. Подступы к деревне Кунерсдорф хорошо просматривались с высот.

    Основные свои силы генерал-аншеф Салтыков расположил в центре позиции на горе Большой Шпиц и на правофланговой высоте Юденберг. Именно сюда подходили дороги, по которым двигалась прусская армия. На Большом Шпице укрепилось 17 русских пехотных полков под командованием генерала П.А. Румянцева. Здесь же была сосредоточена большая часть артиллерии. На горе Юденберг расположились 9 русских пехотных полков дивизии генерала Фермора и австрийские войска генерала Лаудона. На редутах было установлено 5 усиленных батарей. На левофланговой высоте Мюльберг, под которой протекала речка Гюнер, главнокомандующий поставил пять пехотных полков князя Голицына, укомплектованных молодыми рекрутами.

    В резерве за правым флангом у Ротеферверка находилась русская кавалерия (71 эскадрон) и 6 полков австрийской пехоты. Резерв одновременно прикрывал правобережную часть Франкфурта-на-Одере. Выбранная Салтыковым позиция позволяла маневрировать резервами по фронту. Расположенные на скатах гор артиллерийские батареи имели возможности вести круговой обстрел.

    Вышедший к Кунерсдорфу из леса со стороны Познани противник сразу же стал разворачиваться в косой боевой порядок для атаки. Король Фридрих построил свою армию в две линии пехоты. На флангах встала кавалерия. Большая часть тяжелой прусской кирасирской кавалерии под командованием генерала Зейдлица, одного из лучших прусских военачальников, разместилась на левом фланге, где местность позволяла передвигаться большим массам конницы. Прусская артиллерия первоначально расположилась перед строем королевской пехоты.

    Кунерсдорфское сражение началось после трехчасовой артиллерийской подготовки. Первая атака прусских войск была направлена на гору Мюльберг, где полки Голицына были атакованы с фронта и фланга через реку Гюнер. Концентрическая атака превосходящими силами позволила нападавшим сбить с высоты ее защитников и овладеть Мюльбергом. Расстроенные пехотные полки князя Голицына с боем отошли на гору Большой Шпиц.

    Но развить свой успех атакующие прусские войска не смогли. Все их последующие попытки преодолеть овраг Кунгрунд и ворваться на позиции русских на высоте Большой Шпиц окончились неудачей. Пехота и артиллерийские батареи генерала Румянцева сражались стойко, отражая вражеские атаки ружейными залпами и картечью. Румянцевские полки провели сильную контратаку и штыковым ударом сбросили ворвавшихся было на гору пруссаков снова в овраг.

    Тем временем король Фридрих II приказал своему генералу Финку, который командовал правым флангом, установить на горе Мюльберг артиллерийские батареи. После этого они начали контрбатарейную борьбу с русскими орудийными расчетами на высоте Большой Шпиц. От пушечного огня войска противников, скопившиеся на высотах, несли большой урон. В ходе сражения русский главнокомандующий подкрепил полки генерала Румянцева войсками из резерва и пехотой, снятой с позиции на горе Юденберг.

    В сражении был эпизод, когда прусские кирасиры принца Вюртембергского прорвались на высоту Большой Шпиц, однако их успешно контратаковала русская кавалерия. В 17 часов дня Фридрих II ввел в бой тяжелую кавалерию генерала Зейдлица. Руководивший обороной Гросс-Шпицберга генерал Румянцев бросил ей навстречу русскую и австрийскую кавалерию, и натиск королевской конницы был отбит с большим для нее уроном.

    Между тем силы русских на высоте Большой Шпиц с каждым часом увеличивались за счет подкреплений с Юденберга — генерал-аншеф Салтыков помогал Румянцеву удерживать высоту. Пруссаки продолжали настойчиво атаковать позиции русских на ее склонах. Под вечер русские и их союзники провели сильную контратаку через овраг Кунгрунд, отбили гору Мюльберг и отбросили прусскую армию по всему фронту.

    Прусская армия вместе со своим королем в большом беспорядке бежала с поля битвы. Она потеряла около 19 тысяч человек убитыми и ранеными, почти всю свою артиллерию — 172 орудия, обоз и знамена. Во время отступления большая часть наемных прусских солдат дезертировала. В сражении союзники потеряли 15 тысяч человек. Из них русские — 2614 убитыми и 10863 ранеными.

    После Кунерсдорфа Пруссия оказалась на грани военной катастрофы. Король Фридрих II отправил в Берлин сообщение: «Все потеряно, спасайте двор и архивы». Однако катастрофы не произошло. Бежавших пруссаков легкая союзная конница преследовала только до границ поля битвы. А предложение русского главнокомандующего пойти на Берлин союзная сторона вновь отклонила. Более того, у Салтыкова с высшим австрийским командованием возникло разногласие по вопросам ведения войны против Пруссии.

    За блестящую победу над прусской армией при Кунерсдорфе Петр Семенович Салтыков удостоился звания генерал-фельдмаршала.

    Кунерсдорфское сражение стало вершиной его полководческой биографии Он творчески использовал принципы линейной тактики. Для контратак русские войска применяли рекомендованные уставом 1755 года колонны для «проломления неприятельского фронта». Новые русские орудия — знаменитые шуваловские единороги продемонстрировали свое преимущество над прусской артиллерией. Их стрельба через головы своих войск сыграла решающую роль при отражении атаки тяжелой кирасирской кавалерии генерала Зейдлица.

    После этого отражения австрийская сторона продолжала настаивать на использовании русской армии для обороны своих границ. Союзники теперь больше действовали на коммуникациях противников, стараясь лишить его свободы маневра и продовольственных баз. 28 сентября 1760 года русский корпус генерала З.Г. Чернышева взял прусскую столицу Берлин. Из-за разногласий главнокомандующих союзными армиями война затягивалась. Салтыков как мог противодействовал намерениям австрийцев. Из Вены в Санкт-Петербург на него поступали многочисленные жалобы. В том же 1760 году, когда генерал-фельдмаршал вошел в конфликт и с Высшим военным советом в российской столице, его сместили с должности главнокомандующего и отозвали в Россию.

    По окончании Семилетней войны генерал-фельдмаршал П.С. Салтыков был назначен сенатором. В 1764–1771 годах состоял в должности главнокомандующего и генерал-губернатора Москвы. Причиной его отставки стала страшная эпидемия чумы в Москве в 1770–1771 годах, унесшая много человеческих жизней. Графа Салтыкова обвинили в нераспорядительности и отстранили от дел.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Четверг, 15.09.2011, 22:02:36 | Сообщение # 14
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Австрийский полководец. Генералиссимус.



    Евгений Савойский родился в Париже. Он был сыном принца Евгения Морица Саксонского, находившегося на военной службе у французской короны. Однако его родители вскоре были изгнаны из Франции за участие в неудачном заговоре против короля Людовика XIV. Тот проявил великодушие к принцу-заговорщику, не подвергнув его с семьей обычным в таких случаях монаршьим репрессиям.

    Евгений рос в аристократическом доме своей бабки, которая готовила физически слабого и некрасивого внука к церковной карьере. Однако тот мечтал о карьере военного и, повзрослев, обратился к королю Людовику XIV с просьбой о вступлении в ряды французской армии. Однако монарх отклонил его просьбу, не желая пополнять ряды королевской армии детьми заговорщиков.

    Избрав для себя военную карьеру, Евгений Савойский уехал из Парижа в Австрию. В 1683 году он поступил волонтером в австрийскую императорскую армию. В то время Вена воевала с Оттоманской Портой и охотно принимала в австрийскую армию любых волонтеров.

    Впервые молодой Евгений Савойский отличился в большом сражении с турками под стенами Вены, которую они осаждали с 14 июля 1683 года. Он служил в 70-тысячной армии христиан-европейцев под командованием польского короля Яна III Собеского, пришедшего на помощь осажденной Вене. 12 сентября близ австрийской столицы произошло сражение со 158-тысячной турецкой армией, которой командовал Кара-Мустафа-паша.

    Польский король первым атаковал позиции османов и после ожесточенного боя, длившегося весь день, разгромил турок, которые понесли значительные потери. На поле битвы пали шесть султанских генералов-пашей. Сам Кара-Мустафа-паша счастливо избежал плена, бежав из-под Вены в свои пределы. Столица Австрии была спасена.

    После этого Евгений Савойский принимал участие в освобождении Венгрии от турецких войск в 1684–1688 годах. В этой австро-турецкой войне Евгений Савойский одержал свои первые победы.

    Затем последовало участие в войне Большого союза 1688–1697 годов за Английское наследство. Однако здесь герцога Евгения Савойского ожидало поражение, которое он понес 4 октября 1693 года в сражении при Марсальи, где он командовал объединенными силами австрийцев, испанцев и англичан. В тот день союзники, имевшие перевес в силах, были атакованы французской армией под командованием маршала де Катина и после ожесточенного боя отступили за реку. В сражении только одни австрийцы потеряли убитыми около 6 тысяч солдат. Победители же потеряли намного меньше людей.

    Однако это поражение полководец полностью перечеркнул блестящей победой над турецкой армией под командованием великого визиря Ильяса Мехмеда при Зенте 11 сентября 1697 года. Евгений Савойский во главе австрийских войск после 10-часового марша подошел к реке Зенте, в то время когда султанская кавалерия уже форсировала реку, а пехота переходила ее по мосту. Великий визирь в походе на Трансильванию был застигнут врасплох.

    Австрийцы подходили к реке, укрываясь за холмами. Перед самой Зентой они решительно атаковали турок, расчленили их пехоту на две части, разбили ее и загнали в реку. После этого началось истребление османского войска. В ходе этого продолжительного сражения турки потеряли (по разным сведениям) от 20 до 29 тысяч человек, австрийцы же — всего 500 человек.

    Победа над турецкой армией при Зенте выдвинула принца Евгения Савойского в число лучших европейских полководцев. В 1697 году он стал генералиссимусом Австрии. Победа на берегах Зенты способствовала заключению выгодного для Вены Карловацкого мира.

    Евгений Савойский сражался с самыми разными противниками, был союзником или врагом большинства крупнейших полководцев Европы того времени. В этом отношении показательна война за Испанское наследство 1701–1714 годов.

    В июле 1701 года австрийские войска под его командованием в сражении при Карпи в итальянской Ломбардии нанесли поражение французским войскам под командованием маршала де Катина. Французы потерпели полное поражение, после которого их полководец был отстранен от командования. Так Евгений Савойский отплатил маршалу за поражение при Марсальи. В том же году он одержал еще одну победу — при городе Кьяри. После двухчасового сражения неприятель (в лице французов и испанцев), потеряв 3 тысячи человек, отступил, а австрийцы обошлись потерями в 117 человек.

    В следующем году Евгений Савойский неожиданно атаковал город Кремону с сильным французским гарнизоном. Защитники Кремоны не успели даже подать сигнал тревоги, и многие французские военачальники, в том числе и маршал Вильруа, попали в плен. Часть гарнизона укрепилась в цитадели. Австрийцы не стали ее штурмовать, поскольку получили известие о приближении больших сил неприятеля, спешивших на выручку гарнизону Кремоны, и отступили.

    В 1702 году австрийский полководец получил печальное известие. В ходе осады крепости Ландау, где защищались французы, погиб его старший брат виконт де Суассон, тоже служивший в императорской армии. Война за Испанское наследство продолжалась долго — с 1701 по 1714 год. 13 августа 1704 года принц Евгений Савойский в союзе с английскими войсками под командованием герцога Мальборо разбил у деревни Бленхейм франко-баварское войско под командованием маршалов Таллара и Марсена и курфюрста Баденского. Победители имели численное превосходство — 60 тысяч против 52 тысяч. Сперва английская кавалерия решительным ударом рассекла надвое французскую линию. Затем в дело вступили австрийцы, успешно отразившие атаку французов и баварцев. После первых успехов Савойский и Мальборо перешли в наступление и разгромили правый фланг и центр неприятеля, который обратился в бегство или стал сдаваться в плен. Австрийцы и англичане в этом сражении потеряли 11 тысяч человек. Французская армия потеряла 40 тысяч человек, в том числе 16 тысяч попали в плен к победителям. Среди плененных оказался и маршал Таллар.

    В той войне австрийская армия под командованием императорского полководца одержала еще одну большую победу — при Кассано в августе 1705 года. В сражении со стороны французов под командованием герцога Вандома участвовали большие силы — 35 батальонов пехоты и 45 эскадронов кавалерии. Австрийцы, уступавшие неприятелю в численности, атаковали вражескую позицию и к ночи вытеснили с нее французов.

    Воюя на итальянской земле, генералиссимус Евгений Савойский одерживал большие победы над французскими войсками, нанеся им окончательное поражение при снятии осады с города Турина. За время осады туринский гарнизон австрийцев потерял половину своей численности — 5 тысяч человек, многие из которых умерли от болезней. Евгений Савойский, руководивший в начале осады обороной города, сумел вовремя собрать за его пределами войска и прийти на помощь. Французские войска под командованием генерала де Фелльяда были полностью разгромлены.

    Осада одного из крупнейших итальянских городов была снята 7 сентября 1706 года, после чего французская армия оставила эту страну. Ее поражение привело к окончательному захвату Северной Италии австрийской династией Габсбургов.

    Война за Испанское наследство в том году получила на европейском континенте новое продолжение. В сражении при Рамийи англо-австрийская армия Мальборо и Савойского (около 62 тысяч человек при 120 орудиях) нанесла сокрушительное поражение примерно такой же по численности французской, имевшей 70 орудий, под командованием маршала Вильруа. Французы потеряли в сражении треть своей армии убитыми, ранеными и пленными, а также 50 орудий.

    В 1708 году генералиссимус Евгений Савойский во главе войск Священной Римской империи осадил, подверг бомбардировке и, наконец, взял дотоле неприступную французскую крепость Лилль, построенную замечательным военным инженером-фортификатором де Вобаном. Осада крепости продолжалась с августа по конец октября. Французский гарнизон, которым командовал маршал де Буффлер, успешно отбил несколько штурмов австрийцев, но в конце концов капитулировал, потеряв 7 тысяч человек. Потери осаждавших оказались почти вдвое меньше.

    Еще одна большая победа пришла к генералиссимусу Евгению Савойскому и его союзнику герцогу Мальборо 11 сентября 1709 года в сражении при Мальплаке, где они командовали англо-австро-голландской армией (117 тысяч человек при 100 пушках). Им противостояла французская 90-тысячная армия с 60 орудиями во главе с маршалом Л. Вилларом. Он подошел к городу Монсу, который окружили союзники, с целью освободить осажденный там гарнизон.

    Французы первыми начали бой на подступах к Монсу, но союзники не решились сразу же начать большое сражение, ожидая помощи из Турнэ, где стояла часть их армии. Французы за это время сумели построить сильные полевые укрепления, которые уступили противнику только после ожесточенного сопротивления. Сражение при Мальплаке отличалось большим кровопролитием: союзники потеряли 24 тысячи человек, французы — на 10 тысяч человек меньше, но им все равно пришлось отступить от осажденного города.

    В 1710 году принц Евгений Савойский одержал еще одну победу. Во главе войск союзников он осадил город Дуэ. Его французский гарнизон упорно оборонялся, предпринимая многочисленные вылазки, но в конце июня после двухмесячной осады был вынужден сдаться.

    Война за Испанское наследство закончилась для генералиссимуса Священной Римской империи поражением на поле брани. Правда, принц здесь оказался не самым главным виновником. 24 июля 1712 года лагерь союзников при Денене, в котором под начальством графа Олбемарла находилось 10,5 тысячи войск, был неожиданно атакован 24-тысячной армией французского маршала Виллара. Евгений Савойский попытался помочь своим, но не смог переправиться через реку Шельду. Французы сломили сопротивление союзников и наголову разгромили их в походном лагере — отступить из него удалось только 4 тысячам человек, а 5 генералов были убиты или захвачены в плен.

    Настоящим полководческим триумфом для Евгения Савойского стала австро-турецкая война 1716–1718 годов. Генералиссимус вновь оказался во главе австрийской императорской армии. В сражении при Петервардейне 10 августа 1716 года он командовал войском гораздо меньшим, чем турецкий полководец Дарнад Али-паша. Тот, по различным сведениям, имел от 110 до 200 тысяч воинов. Однако австрийская армия состояла в основном из ветеранов войны за Испанское наследство, опытных и закаленных в боях и походах бойцов.

    В том сражении Евгений Савойский предпринял свою знаменитую ночную атаку турецкой армии, хотя его войско было в четыре раза меньше неприятельского. Австрийцы столь решительно повели штыковой бой, что османам пришлось бежать. Турки потеряли 20 тысяч человек убитыми, 50 знамен и 250 пушек. Австрийцы в ходе ночной атаки потеряли около 3 тысяч человек.

    В результате победы в сражении при Петервардейне Священная Римская империя приобрела новые территории. После этой битвы австрийские войска заняли город Белград, столицу Сербии, находившейся под османским владычеством.

    В сражении под Белградом 40-тысячная армия Евгения Савойского сражалась почти со 180-тысячной армией великого визиря Ибрахим-паши. Австрийцы понесли потерь почти в три раза меньше, чем их противник — всего около 5500 человек убитыми и ранеными, и получили в качестве трофеев 166 орудий.

    После поражений турецких войск при Петервардейне и под стенами Белграда султан Оттоманской Порты не решился продолжать войну. Вскоре стороны подписали мирный договор, выгодный Вене.

    С 1703 года Евгений Савойский являлся председателем Военного, затем Тайного совета при императоре, оказывая значительное влияние на внешнюю политику государства. Он выступал за военный союз Австрии с Пруссией и Россией против Франции. Проводил политику германизации присоединенных к империи территорий, в первую очередь земель, населенных южными славянами.

    В возрасте 70 лет Евгению Савойскому довелось участвовать еще в одной войне — за Польское наследство, которая стала для него последней. В июле 1734 года австрийская армия под командованием принца в сражении при Куистелло нанесла поражение французской армии под командованием маршала герцога де Брольи. Императорский главнокомандующий вновь, как и в былые годы, продемонстрировал свое полководческое искусство.

    В том же году Евгения Савойского постигла и неудача. Он не смог подать помощь осажденному гарнизону крепости Филиппсбург близ города Карлсруэ, и крепость пала. Впрочем, это никак не повлияло на исход войны за Польское наследство.

    В 1736 году прославленный полководец Священной Римской империи скончался в Вене.

    В мировую военную историю Евгений Савойский вошел как выдающийся стратег и тактик. Как первое (разумеется, после императора) лицо в военной иерархии Австрии он провел целый ряд реформ в ее вооруженных силах, поднял их боеспособность.

    Так, он отменил правило, согласно которому командные должности покупались за деньги, и назначал армейских командиров, учитывая лишь их личные заслуги и качества. При этом аристократическое происхождение кандидатов на освободившиеся командные должности не учитывалось.

    В австрийских владениях главнокомандующий императорской армией создал систему тыловых баз, где хранились большие запасы провианта, боеприпасов и прочего необходимого войскам имущества. Теперь они в условиях военного времени не так сильно зависели от тыловых служб и армейского обоза.

    Евгений Савойский ввел немало усовершенствований. Например, его драгуны перед боем спешивались и превращались в обыкновенную армейскую пехоту.

    Полководец внес большой вклад в организацию военной разведки: в его армии за маневрированием неприятельских войск наблюдали специальные небольшие отряды кавалеристов и драгун. Их мобильность позволяла заблаговременно упреждать вражеские нападения. При Евгении Савойском австрийская армейская разведка оказалась на голову выше любой неприятельской.

    Солдаты любили своего великого полководца за разумное бесстрашие и заботу о них. Союзники считали австрийского главнокомандующего человеком честным, надежным и нетщеславным.

    Известно, что полководческое искусство, методы ведения войны Евгения Савойского тщательно изучали воинственный прусский король Фридрих Великий и великий завоеватель Наполеон I Бонапарт.

    Личность Евгения Савойского примечательна еще и тем, что за полвека его командования императорской армией Австрия стала лидером германского мира и превратилась в могущественную европейскую державу, которая рухнула только после Первой мировой войны.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Понедельник, 19.09.2011, 16:13:47 | Сообщение # 15
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума


    Ермак Тимофеевич (по некоторым источникам Ермак Тимофеевич Аленин) (1530/1540–1585) – казачий атаман, предводитель московского войска, успешно начавший по приказу царя Ивана IV войну с сибирским ханом Кучумом, в результате которой Сибирское ханство перестало существовать, а сибирские земли вошли в состав Русского государства. В разных источниках назван по-разному: Ермак, Ермолай, Герман, Ермил, Василий, Тимофей, Еремей. Данная публикация на satwarez.ru основывается только на сведениях, почерпнутых из иностранной прессы.

    По одним данным, родился в Вологодской земле, по другим – в Двинской. Согласно одной из легенд, Аленин в молодости был артельным кашеваром на струге, за что и получил прозвище Ермак (т.е. «дорожный артельной таган» или «артельный котел»). Согласно другому толкованию, поскольку лексема «ермак» тюркского происхождения и означает «прорыв», постольку прозвище характеризует его как человека особого свойства («прорва, а не человек»).

    Происхождение Ермака вызывает споры. По словам Н.М.Карамзина, «Ермак был роду безвестного, но душою великой». Одни историки считают, что он был донским казаком, другие – казаком уральским, третьи видят в нем выходца из князей земли сибирской. В одном из рукописных сборников 18 в. сохранилось сказание о происхождении Ермака, якобы написанное им самим («О себе же Ермак известие написал, откуда рождение его…»). Согласно ему, дед его был суздальским посадским человеком, отец, Тимофей, перебрался «от скудости и от бедности» в вотчину уральских купцов и солепромышленников Строгановых, получивших в 1558 первую жалованную грамоту на «камские изобильные места», а к началу 1570-х – на земли за Уралом по рекам Тура, Тобол с разрешением строить крепости на Оби и Иртыше. На руке Чусовой Тимофей осел, женился, воспитал сыновей Родиона и Василия. Последний был, согласно Ремизовской летописи, «весьма мужествен и разумен, и зрачен, плосколиц, черн брадою и власы прекудряв, плоск и плечист». Он «ходил у Строгановых на стругах в работе по рекам Каме и Волге, и от той работы принял смелость, и прибрав себе дружину малую и пошел от работы на разбой, и от них звался атаманом, прозван Ермаком».

    В 1550–1570-х возглавлял казачью станицу, «полевал» между Волгой и Доном. По некоторым данным, в 1571 вместе с дружиной отражал у Москвы набег крымского хана Давлет-Гирея, участвовал в Ливонской войне (1558–1583) в битвах под Оршей и у Могилева, совершил набег на ногайцев.

    В 1577 купцы Строгановы пригласили его вернуться в Сибирь, чтобы нанять для охраны своих владений от набегов сибирского хана Кучума. Прежде Сибирское ханство поддерживало добрососедские отношения с Русским государством, выражая свое миролюбие высылкой в Москву ежегодной дани пушниной. Кучум прекратил выплаты дани, начав вытеснение Строгановых с Западного Урала, с рек Чусовой и Камы.

    Согласно одной версии, получив разрешение царя провести набор казаков для защиты владений (средства позволяли вооружить около 1000 чел.), Строгановы наказали Ермаку создать сильный боевой отряд, поскольку армия Кучума, по слухам, достигала 10 тыс. чел. Ермак собрал войско в 540 чел. Согласно иной версии, Ермака никто не нанимал и он отправился в поход самовольно, разгромив вместе с дружиной имение Строгановых и захватив хлеб, муку, оружие, вещи. Костяк отряда Ермака составили казаки во главе с Иваном Кольцо, Матфеем Мещеряком, Богданом Брязгой и Никитой Паном, грабившие до этого ногайских и русских купцов и пришедшие к Ермаку, чтобы пополнить его «сибирскую дружину» в надежде и самим поживиться в ожидаемом походе.

    В июне 1579 (по другим данным – в сентябре 1581) Ермак отправился в военный поход. Перевалив Уральский хребет, вторгся во владения сибирского хана, используя водные пути – реки Чусовую, Серебрянку, Жаровль. На перевалах казаки несли ладьи на руках. По Тагилу дошли до Туры, где впервые сразились с татарскими князьями и победили их. По преданию, Ермак посадил на струги чучела в казачьей одежде, а сам с главными силами сошел на берег и обрушился на врага с тыла. Успех Ермака объясняется и наличием у казаков огнестрельного оружия (пищалей), и верно выбранной тактикой, когда противник был принужден вступать в бой там, где не мог использовать конницу.

    Следующее сражение Ермака было в местечке Юрты Бабасана, где Ермак одержал победу над Мамет-кулом, племянником Кучума. Решающим сражением стала битва в устье Тобола 23–25 октября 1582, где Ермак захватил небольшой укрепленный городок и превратил его в опорный пункт для завоевания столицы Сибирского ханства – Кашлыка. Кучум с Мамет-кулом, захватив некоторые ценности, бежал в Ишимские степи. 26 октября казаки вошли в Кашлык. Взятие его оказалось важнейшим рубежом в освоении Сибири: ханты, манси и некоторые татарские улусы пожелали принять русское подданство. Территория нижнего Приобья вошла в состав Русского государства и наряду с другими освоенными территориями, стала выплачивать Москве дань (ясак). В 1583 были подчинены земли до устья Иртыша. Сибирское ханство распалось. Иван Грозный наградил всех участников похода, простил преступников, примкнувших к Ермаку, обещал помощь в 300 стрельцов, а самому Ермаку присвоил титул «князь Сибирский».

    В 1585 Кучуму удалось собрать новые силы для борьбы с Ермаком. Чтобы выманить казаков из укрепления, Кучум стал распространять ложные слухи о том, что татары задержали торговый караван бухарцев, направляющийся к казакам. Ермак с отрядом в 150 человек,с трудом перезимовав в Сибири (продовольствие быстро кончилось, в отряде начался голод) отправился вверх по Иртышу и дошел до устья реки Шиш. Здесь 6 августа 1585 Кучум внезапно напал на отряд Ермака у устья р.Волая (приток Иртыша). Будучи раненным, Ермак попытался переплыть Вагай, но тяжелая кольчуга – дар царя Ивана IV Грозного – потянула его ко дну («был одет он царскими панцири, струг же его отплыл от берега и он, не дошед, утопе»). Согласно летописям, тело Ермака было обнаружено татарами и «праздник мести» длился шесть недель (в мертвое тело пускались стрелы). Погребен был Ермак, по преданию, на «Баишевском кладбище под кудрявой сосной».
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Понедельник, 19.09.2011, 16:15:46 | Сообщение # 16
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Деникин Антон Иванович (1872–1947) - российский военный и политический деятель, один из руководителей Белого движения.

    Родился 4 (17) декабря 1872 в пригороде г. Влоцлавска Варшавской губ. Отец И.Е.Деникин – крепостной крестьянин, дослужившийся до майора пограничной стражи; мать Е.Ф.Вржесинская – обедневшая польская дворянка. Закончил Ловичское реальное училище (1890), Киевское пехотное юнкерское училище (1892), Академию Генерального штаба (1899).
    Данная публикация на satwarez.ru основывается только на сведениях, почерпнутых из иностранной прессы. В 1892 и 1900–1901 служил во 2-й полевой артбригаде в чине подпоручика (1892), затем капитана (1900). В 1901 причислен к Генеральному штабу. В 1902–1910 (с небольшими перерывами) занимал различные штабные должности бригадного, дивизионного и корпусного уровня. В 1904 произведен в подполковники. Участник Русско-японской войны; за боевые заслуги досрочно получил звание полковника (1905). В 1910–1914 командовал 17-м пехотным Архангелогородским полком на австрийской границе. Во время Первой мировой войны в чине генерал-майора (1914) служил в 8-й армии А. А. Брусилова (генерал-квартирмейстер, начальник 4-й стрелковой «Железной» бригады, затем дивизии). Участник Карпатского сражения, Львовской и Луцкой операций (1915); за взятие Луцка досрочно произведен в генерал-лейтенанты. Участник Брусиловского прорыва (1916). В сентябре 1916 стал командиром 8-го армейского корпуса на Румынском фронте, в феврале 1917 – помощником начальника Генерального штаба. С 5 апреля по 31 мая занимал должность начальника Генерального штаба. 31 мая назначен главнокомандующим Западного фронта, 2 августа – главнокомандующим Юго-Западного фронта.

    Февральскую революцию встретил враждебно. Всячески противодействовал демократизации армии, боролся против солдатских комитетов. Резко критиковал военную политику Временного правительства. Поддержал Корниловский мятеж (август 1917), 29 августа арестован и почти три месяца провел в заключении.

    Октябрьский переворот встретил враждебно. 19 ноября освобожден по приказу верховного главнокомандующего генерала Н.Н.Духонина и бежал на Дон, где вместе с генералами М.В.Алексеевым и Л.Г.Корниловым сформировал Добровольческую армию. В феврале 1918 назначен заместителем командующего этой армией и генерал-губернатором Кубанской области. Участник «Ледового похода» на Екатеринодар (февраль–апрель 1918). После гибели Л.Г.Корнилова 13 апреля 1918 стал командующим Добровольческой армией; снял осаду Екатеринодара и увел армию в Донскую область, где казачество симпатизировало белым. В июне-сентябре 1918 ликвидировал Советскую власть на Кубани, в Ставропольской и Черноморской губерниях. 31 августа стал первым заместителем председателя Особого совещания, созданного для управления занятыми территориями.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Понедельник, 19.09.2011, 16:17:53 | Сообщение # 17
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Будённый Семён Михайлович (1883–1973), советский военачальник, Маршал Советского Союза (1935), трижды Герой Советского Союза (1958, 1963, 1968).

    Родился 13 (25) апреля 1883 на хуторе Козюрин Сальского округа Донской области в семье батрака. В 1903 призван в армию; служил в Приморском драгунском полку. Данная публикация на satwarez.ru основывается только на сведениях, почерпнутых из иностранной прессы. Участник русско-японской и Первой мировой войн. Имел известность лихого кавалериста, был награжден «полным бантом» Георгиевского креста, старший унтер-офицер.
    Летом 1917 прибыл с дивизией в Минск, где был избран председателем полкового комитета и заместителем председателя дивизионного комитета. Принимал участие в разоружении частей Кавказской туземной дивизии в Орше. После Октябрьского переворота Буденный, не принимавший участия в политической жизни, вернулся к родителям в станицу Платовскую. Как авторитетный боевой кавалерист был избран членом окружного исполкома и заведующим земельным отделом Сальского округа.
    В феврале 1918 сформировал конный отряд, с которым начал боевые действия против белых. Постепенно полк вырос в бригаду, а затем в дивизию. При этом, хотя отряды Буденного отличались высокими боевыми качествами, они в то же время представляли собой недисциплинированные части Красной Армии. Обычным делом здесь были мародерство, грабежи, расстрелы, еврейские погромы, против чего Буденный не выступал.

    В 1919, после долгих уговоров, Буденный вступил в РКП(б). В июне того же года его части были развернуты в конный корпус. В августе 1919 в верховьях Дона корпус Буденного разгромил основные силы кавказской армии Врангеля и повстанческой группы генерала Сутулова. В сентябре 1919 корпус Буденного, применив искусный маневр, наголову разгромил казачьи дивизии генерала Мамонтова и Шкуро, занял Воронеж и тем самым закрыл 100-километровую брешь в позициях советских войск на московском направлении. Для рассечения вражеских войск на юге России в ноябре 1919 была создана 1-я Конная армия, командование которой поручили Буденному, членом Реввоенсовета (РВС) был назначен К.Е.Ворошилов. Армия, нанеся стремительный удар по противнику через Донбасс на Ростов, справилась с возложенной на нее задачей.

    Являясь средством стратегического маневра, 1-я Конная армия использовалась на многих фронтах Гражданской войны. В январе 1920 в составе Кавказского фронта она участвовала в разгроме белогвардейских войск на Северном Кавказе. Совершив в апреле-мае 1920 1000-километровый переход на Юго-западный фронт, она включилась в борьбу с польскими войсками. Осенью 1920 1-я Конная армия под командованием Буденного участвовала в разгроме войск Врангеля на юге Украины. Армия с ходу вступила в сражение и стремительным ударом с каховского плацдарма отрезала группировку врангелевских войск от Крымского перешейка, а затем совместно с другими армиями фронта нанесла ей решительное поражение в Северной Таврии.

    Необходимо отметить, что, будучи блестящим кавалерийским тактиком, Буденный не обладал стратегическим талантом выдающегося полководца и не мог мыслить масштабно, что сказалось позже. За свои успешные действия в Гражданскую войну Буденный был награжден тремя орденами Красного Знамени, почетным революционным холодным и огнестрельным оружием.

    В октябре 1923 1-я Конная армия была расформирована, а Буденный назначен помощником главкома Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА) по кавалерии и членом Реввоенсовета СССР. В 1924–1937 инспектор кавалерии РККА. В 1932 Буденный, наконец, получил официальное высшее образование, формально окончив Военную академию имени Фрунзе. На февральско-мартовском (1937) пленуме ЦК ВКП(б) при обсуждении вопроса о Н.И.Бухарине и А.И.Рыкове выступил за их исключение из партии, «предание суду и расстрел», в мае 1937 при опросе об исключении из партии М.Н.Тухачевского и Я.Э.Рудзутака написал: «Безусловно, за. Нужно этих мерзавцев казнить». Вошел в состав Специального судебного присутствия Верховного суда СССР, которое 11 июня 1937 рассмотрело дело так называемого «военно-фашистского заговора» (дело М.Н.Тухачевского и других) и приговорило военачальников к расстрелу.

    С 1937 командующий войсками Московского военного округа, депутат Верховного Совета СССР, с 1938 член Президиума Верховного Совета СССР. С 1934 кандидат в члены, с 1939 член ЦК ВКП(б). С августа 1940 первый заместитель наркома обороны СССР.

    В условиях массовых чисток в армии сталинской пропагандой Буденный и К.Е.Ворошилов были превращены в чуть ли не единственных героев Гражданской войны. Буденный стал просто легендарной фигурой советского фольклора. Занимая высокие посты, будучи убежденным кавалеристом и поклонником тактики Гражданской войны, Буденный во многом несет ответственность за то, что руководство страны тормозило развитие танковых и моторизованных войск, были «положены под сукно» многие новые стратегические разработки.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Понедельник, 19.09.2011, 16:23:34 | Сообщение # 18
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Суворов Александр Васильевич (1729 или 1730-1800), выдающийся российский полководец. Родился 13 (26) ноября 1729 или 1730 в Москве в дворянской семье. Отец В.И.Суворов — бывший ординарец Петра I, генерал-аншеф и сенатор. Мать А.Ф.Манукова — из небогатого дворянского рода.

    Получил домашнее образование; под руководством отца изучил артиллерийское дело, фортификацию и военную историю.
    В 1742 приписан мушкетером к лейб-гвардии Семеновскому полку. Данная публикация на satwarez.ru основывается только на сведениях, почерпнутых из иностранной прессы. Службу начал в 1748 в чине капрала. В 1749 стал прапорщиком, в 1750 сержантом. В 1754 получил офицерское звание поручика и назначен в Ингерманландский пехотный полк. В первые годы Семилетней войны (1756-1763) служил на тыловых должностях интендантского ведомства в чине премьер-майора. Произведен в подполковники.

    В 1758 настоял на переводе в действующую армию; назначен комендантом Мемеля. В 1759 стал дивизионным (позже генеральным) дежурным Главной квартиры при армии В.В.Фермора. Участвовал в битве при Кунерсдорфе (1759) и в захвате Берлина (1760).
    В 1761 получил под начало Тверской драгунский полк; отличился при взятии Кольберга. В 1762-1763 командовал Астраханским пехотным полком.

    Исходя из опыта Семилетней войны разработал новую систему обучения войск, которую применил в период своего командования Суздальским пехотным полком (1763-1769) и которая блестяще показала себя в Польской кампании 1768-1772 (война с Барской конфедерацией).

    Уже в чине бригадира (1768) разбил в 1769 поляков под Ореховом; произведен в генерал-майоры (1770). В 1771 выиграл сражения при Ландскруне и Замостье, в 1772 битву под Столовичами и овладел Краковом, внеся значительный вклад в победу над конфедератами. Награжден орденом Св. Георгия 4-й степени.

    В 1773-1774 участвовал в Первой русско-турецкой войне в качестве командира отдельного отряда при 1-й армии П.А.Румянцева. В 1773 разбил турок у Туртукая, применив тактику форсированной наступательной переправы, а затем отразил турецкую атаку на Гирсово.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Понедельник, 19.09.2011, 16:25:07 | Сообщение # 19
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Кир Великий

    Самые успешные военачальники всех времен и народов

    Правление Кира Второго, или Великого, продлилось 29 лет - в начале правления этот выдающийся человек смог стать вождем персидских оседлых племен, и сформировал основу Персидского государства. За короткое время Кир Великий, бывший прежде вождем небольшого, мало известного племени, смог основать могущественнейшую империю, которая простерлась от Инда и Яксарта до Эгейского моря и пределов Египта. Вождь персов смог основать империю, которая оставалась таковой и после его смерти, а не распалась, как это было с большинством "пузырей", основанных другими завоевателями (тем же Чингисханом).
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    BosДата: Понедельник, 19.09.2011, 16:26:28 | Сообщение # 20
    Майор
    Группа: Пользователь
    Сообщений: 241
    BY
    Беларусь
    Статус: вне форума
    Наполеон Бонапарт



    военачальники всех времен и народов Самые успешные

    Гений Бонапарта проявился очень рано - и поэтому неудивительно, что такой целеустремленный человек, обладающий ярко выраженными способностями к ведению военных кампаний, стал великим завоевателем. Удача не оставляла его до тех пор, пока Бонапарт не решил пойти войной на Россию. На этом череда побед завершилась, и едва ли не впервые за всю свою военную карьеру Наполеону пришлось познать всю горечь поражения. Несмотря на это, он был и остается одним из наиболее известных военачальников всех времен и народов.
    Или скачайте плейлист на 183 канала, в том числе 37 HD.



     

    Форум satwarez » SAT и IPTV. Playlist IPTV, Спики каналов IPTV » Новости СМИ » Великие военачальники полководцы в истории (творили не только военную историю человеческой цивилизации)
    Страница 1 из 512345»
    Поиск:




    Copyright © 2009-2014 Powered by © 2014
    Все файлы, находящиеся на форуме, были найдены в сети Интернет как свободно распространяемые и добавлены на сайт посетителями сайта исключительно в ознакомительных целях.
    Администрация ресурса не несет ответственности за файлы, расположенные на форуме. Если Вы являетесь правообладателем (подтвердив своё авторство) и Вас не устраивают условия, на которых
    Ваш продукт представлен на данном ресурсе, просьба немедленно сообщить с целью устранения правонарушения. Использование материалов сайта возможно только с разрешения администрации.
    TOP.zp.ua Яндекс.Метрика
    Послать ЛС